А ко мне приходить будешь, когда в доме уснут, с мамкой сам договорюсь, мне она возражать не будет. Но я не согласилась идти в потаскухи к мальчишке.
– Думаешь я не видела, как ты с ним на диване «не соглашалась», а тут без опаски и я не в претензии к тебе, только чтобы младшая не видела. И тебе с пользой для здоровья, а уж в долгу я не останусь, не обижу. Разве что в содержанках поживёшь и то не задаром.
– Мне, Жозефина Карловна, мужчины без особого интереса, – потупив глаза, призналась Амалия. Единственный раз позволила Григорию, да Бог уберёг от греха. Благо, что Вы вовремя помешали этому бесстыдству. Племяннику и тому не позволяю, хотя просит постоянно.
– Так может, мне позволишь? Я, грешным делом, балова́ла этим в молодости. Но Гришке не отказывай. Как тебе моё предложение? Только наши дела ему знать необязательно.
– Совестно мне этим заниматься с вами, хозяйка, и спать с вашим сыном украдкой.
– Не совестись и не скупись собой, Амалия Генриховна. Не один год одной семьёй живём. А захочешь партнёршу помоложе, я и с этим тебе помогу, но уже без доплаты к жалованью. Ты мне в любом качестве не лишняя. Подойди-ка ко мне Амалия Генриховна. За сколько себя продаёшь, красота моя несказанная.
– За недорого, видимо, – горестно вздохнула Амалия, заливаясь стыдливым румянцем, ощущая на своей груди жёсткие пальцы Жозефины Карловны.
– Ну, ты ещё заплачь, дурёха. Пойдём ко мне в комнату. Может, там поумнеешь, как серьги на себе примеришь. Не хнычь, срамница, коль не в первой тебе с женщиной любиться.
* * *
К вечеру бордель начал заполняться клиентами. В буфете за столами сидели завсегдатаи борделя, шумно общаясь между собой, в ожидании появления в зале «жриц любви». Буфетчица едва успевала подавать на столы пиво под весёлый гомон прибывающих клиентов. Шутливо отбиваясь от нетерпеливых посетителей, она заявляла:
– Господа, немного терпения. Продажа горячительных напитков начнётся с выходом в зал ваших избранниц, с доставкой угощений по номерам. Сейчас наши девушки готовы встретиться со своими любовниками на сегодняшний вечер. Желающим продлить время визита у нас, просьба предварительно оформить своё желание доплатой у заведующей нашего «дома любви». Она сама доведёт до вас правила посещения нашего заведения.
Наиболее нетерпеливым и состоятельным клиентам не запрещалось посещение раздевалки девиц, готовящихся выйти к гостям.
– Смотри, Катя, за шелкопёрами. Для нас они самая нежеланная и бесполезная публика. В карманах пусто, а в газетёнках о нас всё гнусно. Такого понапишут, век не отмоешься. Вся пятнами пойдёшь, пока прочтёшь всякую мерзость. Кстати, о пятнах, – вспомнила хозяйка. – Изволь, дорогуша, предъявить шалости этого прохиндея, – в чём отличился твой любовник?
– Сами видите, Жозефина Карловна, – с достоинством указала Катерина на грудь в вырезе платья.
– Так я и поверила этому прощелыге, показывай сиськи полностью.
Катерина с достоинством высвободила белоснежную грудь перед начальницей, с охотой демонстрируя завидную белизну округлостей женской стати.
– Он тебя в наморднике целовал, что ли, Катюш? – С умилением трогая представленную для осмотра девственную грудь нерожавшей молодой женщины. – Даже из рук выпускать не хочется.
– Нет-нет, об этом уговора не было, Жозефина Карловна, – укладывая в лифчик грудь в разрезе платья, решительно напомнила Катя, поспешно одёргивая подол на широких бёдрах.
– «Кабы знать, где упасть, милочка моя, там бы соломки подкласть», – многозначительно изрекла Жозефина Карловна. – Мужчинам наши женские совершенства скоро наскучивают, а женщинами они более памятны и ценимы. Кабы знать, дорогая!... Что ж, пойдём наших тигриц выпускать на охоту, засиделись,
Знакомство с тайной. (Часть II - Ночью)