торс, но пустая внизу, где можно различить ноги и понять, что место занято.
Он уселся первым, а она села рядом, забросив свои красивые ноги на него. Мой взгляд был прикован к ним. Я не мог оторваться. Он наклонился к ней, и я увидел, как их губы встречаются. Этот поцелуй был не быстрым, а медленным и сочным. Это был момент полного соединения, как если бы они были частью друг друга, не нуждаясь в словах. Я стоял немного в стороне, чувствуя, как эта сцена раздирает меня изнутри. У меня никогда не было такой близости за все время, а он ее видит первый раз!
Он стал ближе, его рука легким движением скользнула по ее ноге. Она не отстранилась. Это было так очевидно. Он крепко сжал ее, она не сопротивлялась, не отшатнулась. Я увидел, как ее бедра чуть двигались в его сторону, словно приглашая его быть ближе. Его рука скользнула выше, и ее лицо не выражало ничего, кроме расслабленности, готовности, будто она не видела ничего странного в том, что происходило. Она не пыталась остановить его, не пыталась выйти из его объятий. Все, что было в ее движениях, это было подчинение, не внешнее, а внутреннее. Рука прошла между ног и скрылась за юбкой в ее промежности, а она закрыла глаза, тяжело дыша.
Через несколько минут, он ей что-то сказал, она согласно кивнула головой. Жена и черный незнакомец встали с скамейки, и их взгляды пересеклись — момент этот был коротким, но мне показалось, что между ними было что-то большее, чем просто молчание. Они направлялись к кабинке, взявшись за руки. Когда они вошли в кабинку, я оставался стоять неподалеку, не в силах двинуться с места. Я чувствовал, как мои мысли путаются, как какое-то отчаяние накатывает на меня волной.
Я не мог их видеть полностью, только ноги от ступней по колено. И увидел, как она сбросила тапочки, как ее голые ноги закрылись сброшенной юбкой, она осторожно ее отодвинула ногой в сторону. А потом я увидел ее бедра, потому что она встала перед ним на колени. Я мог разглядеть, как ее ступни свелись вместе, а такие знакомые пальцы ног, которые она иногда позволяла мне целовать, скрестились так грациозно между собой и скрыли частично в песке ее яркий педикюр.
Я не хотел на это смотреть, понимая, что там происходит, но не мог отвести взгляд. Ее руки отряхнули бедра от песка и скрылись за стенами кабинки, а потом у незнакомца в песок упали его джинсы. Это все, что я мог видеть, их ноги. Одной рукой она стала массажировала себя между ногой, другой гладила его ногу. Тело слегка качалось вперед, потом назад. Плавно, медленно и уверенно. Ее бедра стали постепенно двигаться в такт, поступательно. Я ощутил жгучие позывы возбуждения в мошонке. Через какое-то время я увидел, как моя жена поднялась. Ее ноги переместись, она повернулась к нему спиной, широко расставив ноги, а на краях стенки появились ее маленькие пальчики, которые схватились за эту опору. Потом раздался звонкий шлепок и она слегка приподнялась на цыпочки. Я догадался зачем. Вот он, настоящий момент моего смирения, принятия своей роли в этом. Я видел, как ее пальцы сжали край кабинки, а ноги напряглись.
Я шагнул немного ближе, уже не боясь раскрыть себя, они бы меня не увидели. Шаг за шагом, я приближался, чувствуя, как воздух становится тяжелее. Я остановился, когда стал различать ее мягкие стоны. Они были почти неразличимы на фоне тихого шелеста ветра, но они были. Его рык и ее постанывание.
Девушка из соседнего офиса