Но когда Лисса потянулась, чтобы прижаться ко мне сильнее, я, с трудом сдерживая нарастающее желание, отстранилась. Мои губы оторвались от её — медленно, словно оставляя нас обеих в сладкой агонии. Я видела, как её губы всё ещё тянутся ко мне, как в глазах отражается разочарование, смешанное с нетерпением.
— Нам нужно сделать уроки, — прошептала я с трудом, тяжело дыша, словно каждое слово давалось с боем.
В голосе звучала обречённость. Я знала, что сейчас не можем продолжить… Но в груди разгоралось отчаянное желание нарушить это правило.
Лисса кивнула с той же тяжёлой, но понимающей улыбкой. В её глазах отражалось то же разочарование, что я чувствовала сама — мы обе жаждали большего, но знали, что не можем позволить себе это прямо сейчас. Она медленно наклонилась ко мне ближе, и я ощутила её тёплое дыхание, скользнувшее по коже, как лёгкое прикосновение. Наши лбы почти соприкоснулись, и в этот момент мир будто замер.
— Хорошо… но сегодня ты спишь со мной, — её голос был тихим, но таким насыщенным желанием, что внутри всё сжалось от напряжения.
Моё сердце дрогнуло и забилось быстрее, каждая клеточка тела отозвалась на эти слова. Я глубоко вдохнула, стараясь не выдать своей реакции, но это было бесполезно.
— Сплю? — осмелилась я спросить, хотя и так прекрасно понимала, о чём она говорит.
Её взгляд стал темнее, лукавее, как будто она уже видела, что будет дальше. Рука Лиссы медленно скользнула по моему бедру, лёгкая, нежная, но от этого прикосновения я вздрогнула всем телом. Её пальцы касались меня лениво, почти случайно, но каждый их мягкий след обжигал, словно оставляя невидимые отметины.
— Сначала ты будешь моей, — её голос стал низким, почти бархатистым. Её ладонь замерла чуть выше колена, мягко обрисовывая круги на внутренней стороне бедра. — А потом… спим.
Я судорожно сглотнула. Тело предавало меня, послушно отзываясь на каждое прикосновение, на каждый её шёпот. Тепло растекалось по венам, разливаясь где-то глубоко внутри сладким предвкушением.
— Как-то не верится… — прошептала я, голос дрогнул от напряжения и волнения.
Лисса хитро улыбнулась и, не отрывая взгляда, медленно двинула руку выше. Её пальцы, мягко сжав мою кожу через ткань шорт, игриво ущипнули меня за ягодицу. Я резко втянула воздух, а по спине пробежала дрожь, заставляя мышцы невольно сжаться.
— Поверь, сестрёнка… Скоро убедишься.
Её слова обволакивали меня, как тёплая волна. Я ощутила, как дыхание сбивается, сердце бешено колотится в груди, а кожа словно оживает под её прикосновениями.
Она наклонилась ближе, и я не смогла отступить, даже если бы захотела. Её губы нашли мои в мягком, но жгучем поцелуе. Это был не просто жест — это было обещание, выдохнутое страстью и чем-то глубже. Её губы скользнули по моим медленно, с чувством, смакуя каждый миг.
Я закрыла глаза, отдавшись этому мгновению. В груди всё сжалось от удовольствия, а поцелуй стал глубже, насыщеннее — язык Лиссы медленно провёл по моим губам, прося доступ. Я подчинилась, и, когда наши языки встретились, моё тело вздрогнуло, наполняясь сладким напряжением.
Это было слишком — слишком нежно, слишком чувственно, слишком сильно. Когда она отстранилась, я едва удержалась на ногах, чувствуя, как жар стекает по моему телу, заполняя каждую клетку желанием.
И только тогда я поняла — отказаться от неё будет невозможно.
Мы разомкнули объятия, но прикосновения Лиссы всё ещё горели на моей коже. Казалось, всё до этого было лишь сладким наваждением, сном, который так и не удалось досмотреть до конца. Я чувствовала, как сердце бешено колотится в груди — не от волнения, а от
Случай со зрелой