одна в их старом доме. Я всегда старался поддерживать связь, но в последние несколько лет это было непросто. Мы постоянно разговаривали по телефону, и я знал, что она обожает меня, потому что видит во мне моего отца.
Конечно, у Большого всегда был относительно новый "Кадиллак", а у бабушки - какая-нибудь симпатичная новая машина среднего размера, но они всегда старались покупать "американскую", как выражался Большой, машину. Я уже описывал вам их дом. Он находился не в закрытом жилом комплексе и не в роскошном особняке. Это был обычный дом на приличном участке земли на окраине района, где проживала верхушка среднего класса. Я думаю, в силу обстоятельств они никогда не чувствовали необходимости жить в чем-то грандиозном. Они были только вдвоем. Зачем им что-то большее?
Я просто смотрел на все это как на нормальное явление. Когда я рос, я просто предполагал, что так и должно быть. Теперь, когда я стал старше, я поумнел и понял, что все это время семья финансировалась компанией Большого. Мы жили в доме получше, чем у Большого и Грэмм, хотя у них было очень мило. Моя мама вручила мне ключи от довольно нового "Форда", когда мне было 16 лет. Я думал, что так живут все. У Джен и Эш были довольно симпатичные "Хонды", когда им было по 16. Я просто думал, что мы обычные люди. Мы не ездили на "Мерседесах" или "БМВ". У мамы была "Ауди", но я просто предположил, что это обычная машина.
Я догадался, что именно из-за большой скромности мои мама и папа оказались вместе, потому что на самом деле две пары бабушек и дедушек никак не могли принадлежать к одному экономклассу. Недавно, после моих отношений с Джилл, я стал больше задумываться о финансах и классовой структуре общества. Можно было подумать, что моя мать, дочь семьи, воспитывавшейся в загородном клубе, ни за что не попадет в семью "синих воротничков", но это случилось.
Я думаю, что причина, по которой это произошло, заключалась в воспитании Большого. Как я уже говорил, он рос во времена Великой депрессии. Сразу после Второй мировой войны он служил в армии и был в Корее, и, как он сам мне сказал, ему повезло, что он остался жив. Он дал мне понять, что мне повезло расти в такие мирные времена, когда мне были доступны все удобства жизни. - Никогда ничего не принимай как должное, - говорил он.
Это одна из причин, по которой я знал, что не смогу пойти против него, когда дело касалось Эшли. Он мог быть крутым ублюдком, когда хотел, и я это знал. У меня была твердая хватка и перспектива. Мне повезло, что он не отрекся от меня, но я знал, что он этого не сделает. Я был его единственным наследником мужского пола, и это кое-что значило для него и его убеждений. Меня смущала моя любовь к сестре, но еще больше смущало то, что я оплодотворил ее, и мы были застигнуты врасплох этим.
Я думал обо всем этом и не только, пока ехал из школы прямо в церковь на репетицию. Были осенние каникулы, так что у нас была пара дополнительных выходных. Незадолго до полудня я ушел из школы после очередного теста. Мои чемоданы были собраны, и все было готово. Мне оставалось только придерживаться расписания, которое было составлено для меня. На самом деле я пришел на несколько минут раньше.
Когда я вошел в церковное святилище, там заметно поутихло оживление. Пара друзей нашей семьи из Церкви встретили меня у дверей, в то время
Холодно