картофельное суфле, рисовый плов, ризотто с пармезаном, а также овощи - пассерованную спаржу, зеленую фасоль и имбирную морковь.
К 8 часам вечера мы покончили с первыми блюдами, и настало время десерта. Официанты внесли красивый кокосовый торт, и Большой встал вместе с моей мамой и бабушками и провозгласил тост. Все это казалось таким совершенным, но мне было интересно, чувствуют ли другие присутствующие в комнате то несовершенство, которое таилось под поверхностью того, что чувствовал я.
******************************************
Когда мы покончили с ужином, я был готов отправиться домой и отдохнуть. Я оказался в баре с Митчем, когда он перевел разговор на Эшли... - Я действительно ценю, что ты позволил мне быть твоим шафером. Я думаю, это поможет мне разобраться с твоей сестрой. Я действительно забочусь об этой девушке, но у нас это то начинается, то заканчивается.
— Ммм..., - я слушал с любопытством, не желая раскрывать карты.
— Меня не волнует, что она мать-одиночка, и я знаю, что мальчик для нее на первом месте. Я могу со всем этим жить.
Мне было неловко из-за направления этого разговора, но я с болезненным любопытством продолжал слушать.
Митч продолжил: - Я очень люблю твоего дедушку. Он был отличным наставником. Я забочусь о твоей сестре. Я бы хотел быть с ней, но когда мы начинаем сближаться, она начинает говорить о сроках и прочем, а потом становится отчужденной, и я не разговариваю с ней несколько дней... Она говорит мне, что ничего страшного, или она была занята, или мальчик для нее на первом месте... И я не хочу, чтобы вся эта история испортила мои отношения с твоим дедушкой.
— Хорошо... Ну, и что ты хочешь, чтобы я сказал? - Спросил я, пытаясь докопаться до сути.
Он сделал еще один глоток из стакана, который держал в руках, и я, заразившись этим, сделал глоток из своего. Он продолжил: - Я не знаю, Джим. Я просто надеюсь, что ты сможешь замолвить за меня словечко.
— Хорошо, но есть одна вещь, Митч, - и я был честен, - никогда не говори гадостей о моей сестре в моем присутствии. Я не хочу этого слышать. Я люблю ее и надеру тебе задницу.
— Что ты имеешь в виду? – спросил он, - Я никогда… - казалось, он был озадачен.
— Я просто знаю, какими могут быть парни, - я смотрел сквозь него. - Никогда не ругай ее, не унижай ее достоинства и никогда не говори о ней в сексуальном плане при мне. Я не хочу этого слышать. Пообещай мне это, и я замолвлю за тебя словечко. Мы отлично поладим. - Я положил руку ему на плечо: - Договорились?
Митч протянул мне руку, и мы обменялись рукопожатием, а я с хитрой ухмылкой улыбнулся ему в ответ. - Ладно, - согласился он.
— Хорошо, - махнул я рукой. - А теперь давай допьем, потому что мне нужно домой. У меня завтра гребаная свадьба, на которую я должен пойти, - рассмеялся я.
Митч посмотрел на меня как на сумасшедшего. Как же мало он обо мне знал. Мы допили наши напитки, и он проводил меня до машины. По дороге он сказал мне: - Прости, что мы не устроили для тебя мальчишник.
— На самом деле я не увлекаюсь подобными вещами, Митч, - я наклонил голову, давая ему понять. - Это для простолюдинов. У меня нет потребности выходить из себя и нести чушь собачью. Я хочу завтра чувствовать себя хорошо, а не страдать от похмелья.
Он улыбнулся мне в ответ и похлопал по спине. Я открыл дверцу машины
Я и мой одноклассник