соблазнительно-успокаивающей манерой. Мы были единственными людьми в мире, и его голос понизился до рокота, который слышала только я.
— Я знаю, что ты это сделал. Просто признайся. Перестань меня дразнить.
Инструкции сломили меня. Я сопротивлялся, и сопротивлялся, и сопротивлялся. И боролся, и страдал, и снова сопротивлялся. Но настал момент, когда я должен был признать, что хочу этого. И если я не мог признаться в этом самому себе, мне нужно было признаться в этом ему, чтобы он мог мне помочь. Моё последнее сопротивление рухнуло, и я подчинился его настойчивой воле.
— Я... Я хочу твой член...
"Папочка.Где?"
— Э-э-э... Д-папочка... Что... Где?
Он ухмыльнулся моей пьяной медлительности, но в его глазах читался голод, который пробудил во мне ответное желание.
"Где ты хочешь мой член, детка?"
На секунду я запнулся и замялся, а Синди озорно прервала мою иллюзию уединения.
«Она ЛЮБИТ сосать твой большой толстый член, папочка! Может, тебе стоит засунуть его обратно в её глупый рот!»
Взгляд Джакса не отрывался от моего лица, и он наслаждался тем, как я краснею из-за ненужного замечания Синди. Она была такой стервой! Я решил отомстить ей позже. Но Джакс заговорил, и его желания были важнее всего.
— О да? Ты хочешь, чтобы мой член был у тебя во рту?
Я был так счастлив, когда он задавал вопросы, на которые я знал ответы. Я был воодушевлен, чувство стыда исчезло.
— О да, папочка! Я так сильно его люблю.
Я похлопал ресницами, надеясь, что он на секунду задумается над советом Синди. Но он знал меня лучше, чем я сама, и на его лице мелькнула едва заметная улыбка, когда он отрицательно покачал головой.
— Нет... я не думаю, что это то, чего ты на самом деле хочешь.
Я сразу понял, что он имел в виду. Чего он на самом деле хотел. И я так сильно хотел сделать его счастливым. Настолько, что наконец-то призналась себе: он собирался меня трахнуть. Меня собирались трахнуть. В задницу. Его огромным пугающим членом.
От одной этой мысли меня бросило в дрожь. То ли от нервного напряжения, то ли от электрического разряда похоти, фантазий и желания. Ему придётся выманить это из меня, но я сделал первый шаг, которого он хотел.
"Моя...задница?"
Выражение его лица вызвало ещё одну волну предвкушения и нервного возбуждения, прокатившуюся по моему телу. Я вел себя хорошо, чтобы он гордился мной, и это было божественно — быть его, давать ему то, чего он хотел.
"Да, и что насчет этого?"
"Хм... я... Это... я..."
Я запнулся, не зная, как сформулировать ответ. Он дал мне подсказку, всё упростив.
— Чего ты хочешь, Сами? — вежливо спроси ты.
Он наклонялся ко мне так медленно, что я не замечал этого, пока он не прошептал мне на ухо эти последние слова, влажные и хриплые, приглашающие меня сделать то, чего мы оба хотели. Мой голос был скорее вздохом, чем речью, слабым, покорным.
— Пожалуйста... Папочка... Можно... Ты...
И всё же я колебался, не в силах даже отдаться ему. Он подбадривал меня, его низкий голос обещал то, чего я меньше всего хотел.
— Давай... Просто попроси. Я позабочусь о тебе.
В тот момент всё остальное исчезло. Прыгающий бас, Синди и её танцующие глаза, ненавидящий взгляд Авроры, запахи и вкус алкоголя и травки. Был только Джакс; весь его расплавленный жар, пульсирующая сила, точёная красота. Он хотел получить меня всю, делать со мной всё, что захочет. И он мог быть таким добрым богом. Он только что пообещал.
Я доверял Синди, в какой-то степени доверял и себе. Поэтому я доверял Джаксу; не своему обидчику и не соседу по комнате. Что-то гораздо
Супер-секс. МЖМ