Я никогда не считала себя плохой женой. Мы с Игорем вместе уже восемь лет, и, казалось бы, всё у нас нормально: дом, работа, отпуск раз в год, иногда — секс. Но именно это «иногда» и стало занозой. Мы не ссорились, он был внимательным, но в постели между нами будто образовалась пустота. Страсть ушла, и я не знала, как вернуть её.
И вот на корпоративе, когда я впервые за долгое время надела короткое чёрное платье без белья — просто ради себя, ради ощущения, что я ещё женщина — всё началось.
Вино лилось рекой, я смеялась, чувствовала на себе взгляды коллег, особенно — Артёма, из отдела продаж. Высокий, самоуверенный, дерзкий. Его взгляд скользил по мне, как по лакомому куску. Я чувствовала, как мокрею просто от его наглости.
Когда я выходила на улицу подышать, он вышел следом.
— Ты знаешь, что ты сегодня просто пушка? — прошептал он мне в ухо, вставая сзади и почти прижимаясь телом.
— А ты знаешь, что это неприлично говорить замужней женщине? — Я пыталась держаться, но в голосе слышалась улыбка.
— Может, тебе просто хочется, чтобы это было неприлично?
Его рука легла мне на талию, скользнула ниже, по бедру, и остановилась, замирая. Я не отстранилась. Я хотела почувствовать это — интерес, возбуждение, желание. Тело вспоминало, что такое дрожь, предвкушение.
Я не пошла с ним сразу. Нет. Я вернулась домой, приняла душ и мастурбировала, представляя, как он берёт меня прямо у стены, как я шепчу, стону, как чувствую себя живой.
Через пару дней он написал мне в мессенджере:
«Ты не забыла тот вечер?»
«Я его пересматриваю в голове снова и снова», — ответила я, и сама удивилась своей смелости.
«Завтра у меня будет квартира. Приходи. Я хочу тебя. Без одежды. Без оправданий.»
Я знала, что не должна. Я знала, что если сделаю это — пути назад не будет. Но именно это и возбуждало.
— --
На следующий вечер я стояла перед зеркалом. Красное кружевное бельё, чулки, плащ. Под ним — только желание и страх. Я вызвала такси, как на автопилоте. Его дверь открылась сразу. Он даже не сказал «привет» — просто провёл меня внутрь и закрыл за мной дверь.
— Снимай.
— Что?
— Всё.
Я медленно расстегнула пояс плаща и скинула его с плеч. Под ним — только бельё и туфли. Он подошёл вплотную, провёл пальцем по вырезу лифа, затем сжал грудь через кружево, грубо, будто проверяя, настоящая ли я. Я не могла сдержать стон.
— Ты знаешь, сколько я дрочил на тебя в мыслях?
Он втянул меня в поцелуй — голодный, властный, почти дикий. Его руки скользили по телу, пальцы уже были у меня между ног. Я была мокрая. Униженно мокрая от одного его прикосновения.
Он развернул меня, наклонил к столу, задрал юбку, спустил трусики и, не давая мне опомниться, прижался членом к моей киске. Я чувствовала, как он твёрд, как хочет войти, но он не спешил.
— Ты хочешь, чтобы я тебя выебал?
— Да… — прошептала я, теряя дыхание.
— Скажи громче.
— Хочу, чтобы ты меня выебал! — почти закричала я, и в этот момент он вошёл.
Сразу, резко, глубоко. Я вскрикнула — от боли, от наслаждения, от шока. Он не жалел меня, брал, как хотел, сжимая мои волосы, оттягивая голову назад, чтобы видеть, как я стону. Его движения были грубыми, ритмичными, и я понимала, что это именно то, чего мне так не хватало — быть желанной, грязной, использованной.
Он вышел из меня, встал передо мной, обхватил рукой мой подбородок.
Нежности с лучшим другом.