зная, что сказать, я просто поднялся, чтобы жена увидела мой стояк. Увидев это, она просияла, окончательно успокоившись относительно моей реакции.
Врачиха пояснила:
— Небольшая врЕменная коррекция. За ночь припухлость сойдёт и соски, и капюшон клитора станут немного меньше, но, не сильно, и будут какое-то время сохранять свои размеры.
— Долго? – спросил я.
— У всех по-разному, но опадать будут недели две, не меньше. До завтра не мыть и сексом не заниматься.
Ольга неожиданно зевнула.
— Я ей успокоительного дала, а то вся испереживалась! Пусть поспит подольше!
— Идите, ложитесь спать. Спокойной ночи. – проводила нас Лена. А оставшиеся вздохнули с облегчением.
— Что там было?
— Не знаю. Мне одели маску на глаза и сделали уколы. Я вообще ничего не чувствовала. А тебе правда, нравится? По-моему соски слишком уж большие сделала.
— Она же сказала, что уже завтра начнут потихоньку сдуваться!
— Мне бы хотелось, чтобы не до конца сдулись. А низ?
— Я за то, чтобы таким и остался.
Ольга благодарно чмокнула меня в щёку.
— Всё! Умираю – спать хочу!
Мы уснули быстро. Я немного позже жены – старался понять то, зачем было делать эту косметику, если у Лены такой – нет? Я этого не понимал.
****
Мы уснули быстро. Я немного позже жены – старался понять то, зачем было делать эту косметику, если у Лены такой – нет? Я этого не понимал.
7.
Жена спала. Когда я открыл глаза, то сразу посмотрел на её соски. Врачиха не соврала. Припухлость почти спала с них и теперь, при взгляде на них, не ощущалось никакой искусственности. Просто, необычно крупные и тем притягательные. Не удержавшись, оголил их оба и осторожно потрогал, непривычно тёплые, а не прохладные, как обычно, и упругие. Ольга улыбнулась во сне. Дальше я не полез. Пусть поспит. Поднялся и не зная, чем заняться, решил, что даже если останемся ночевать, то вещи имеет смысл начать складывать в сумки. Оставив свои брюки, туфли и рубашку, остальные свои вещи сложил в пакет и понёс в машину. Вернувшись застал жену проснувшейся. Она запивала таблетку, лёжа в постели.
— Привет! Что ты так рано?
— Не знаю.
— Ещё только шесть утра. Ложись, подремлем ещё.
Она зевнула и повернулась на бок.
Своё всё вроде собрал. И я лёг. Она тут же, не открывая глаз, закинула на меня ногу. Обняв рукой и чмокнув в щёку, вновь сладко зевнула и затихла.
Разбудил нас стук в дверь и голос Леночки:
— Эй, лежебоки! Завтрак на столе!
Ольга потянулась и вновь я увидел её новую грудь, освободившуюся от одеяла. Не удержавшись, охватил сосок губами и немного поиграл с ним.
— Нравится? – с кокетливой радостью спросила жена.
— Очень!
— Маньяк! Есть хочу.
Мы поднялись и Ольга натянула на себя шортики из джинсы и Топик, что меня удивило после её хождения в предыдущие дни почти или совсем голой. Сам я оделся во вчерашнее, обычное для меня.
— А что ты пила, ну, таблетку?
— Противовоспалительное, чтобы ничего не болело.
— Ты так оделась! Что-то изменилось? – не удержался я от вопроса.
— Пошалили, и хватит. После того, что ты вчера сказал, у меня нет никакого настроения. Вот только отведу душу танцами, и вернёмся нормальными людьми.
Слова жены пролились бальзамом. Наваждение, царившее в этом доме нас явно начало отпускать. Даже утренний секс не казался теперь нестерпимо желанным.
За завтраком хозяева лениво перебрасывались фразами, словно хотели дать нам понять, что гости их уже утомили. Только Лена интересовалась состоянием здоровья Ольги. В воздухе витала атмосфера прежних времён, когда мы им были не очень-то и нужны. Дежурные вопросы и дежурные ответы. Это обескураживало, после такого ураганного интереса
Кристи после школы-3