Олег медленно ступал по узкой каменной лестнице, ведущей в подземелья древнего замка. Каждый шаг отдавался гулким эхом уходящим в зловещую темноту, словно предупреждая о том, что назад пути нет. Лестница была крутая и подошвы берц норовили соскользнуть по влажным камням, покрытым серым вперемешку с зелёной жилкой мхом. На голове юноши светил фонарь, жёлтый луч которого едва освещал несколько шагов впереди него.
«Что за хрень?! Вот точно же зарядил его полностью! Ну не мог он разрядиться за пару часов, не мог! Чертовщина какая то...» — мысли метались в черепной коробке не хуже той белки в колесе, также отскакивая от свода костей и бия друг об друга.
Мощный луч света испускаемый вечными диодами буквально через метр почему-то резко истончался, дрожал и рассеивался, отражаясь в каплях воды, стекающих по стенам. Надо идти... Судорожно вздохнув, Олег спустился ещё на одну ступеньку, прислушался, потом на следующую.
...Рангит, восточная Пруссия. Замок древнего германского Тевтонского Ордена, что раскинулся вдоль высокого берега реки Неман. Ещё бы! Последняя цитадель госпитальеров самой Акры. Место, где спрятаны сокровища добытые и вывезенные крестоносцами за столетия порабощения Палестины...
Каких только небылиц о нём не рассказано-пересказано на посиделках у ночного костра, что обязательно бывают после каждой битвы новоделов — исторической реконструкции. Бывает, сидишь вот так среди соратников или «вчерашних врагов», смотришь на языки пламени, которые оглушительно стреляют в тёмное небо ярко-красными угольками, греешься... В фольге запекает картофель, а сальцо, лучок, колбаса уже порезаны заставляя волшебным ароматом трепетать ноздри, в руках дымится кружка с ароматным чаем и свежей малиной... И обязательно найдётся рассказчик, что застращает жуткими историями и байками на сон грядущий доверчивых слушателей. Одним из таких вислоухих оказался он сам.
И вот теперь Олег здесь, на дальней форпосте России, в Калининграде. Вернее, в области. Сорвался ещё с пятью такими же как он любителями старины порыскать в поисках клада.
— Так-с, значится, расходимся попарно и начинаем обход, — уверенным голосом скомандовал Максим, лидер группы.
Парни стояли перед полуосыпывшимся входом в центральную крепость замка. Здание, построенное восемь сотен лет назад, нашли в плохом состоянии. Если не сказать больше — разрушенном. Классическая кирпичная готика выдержала нападения пруссаков и литовцев, поляков и шведов. Даже армия Наполеона не смогла сломать силу Тевтонского духа спрятанного в камне. Поберегла его и Отечественная сорок первого–сорок пятого, в стороне прошли манёвры и атаки Восточно-Прусской операции. Войска 3-го Белорусского фронта РККА под командованием А. М. Василевского справились аккуратно, комар носа не подточит, не потревожили и камня замка.
А вот режиссёр из СССР смог! В одна тысяча девятьсот семьдесят пятом году Александру Герману потребовался эффектный взрыв для одной короткой сцены в кинофильме. Вот и взорвали стену замка, а та потянула за собой перекрытия и прочие перегородки. Потому ходить здесь требовалось осторожно, а местами — с опаской.
— Ты и ты, по первому этажу. Диман и Юрец, идете по второму. Будьте особенно внимательны, там вся кладка на ладан дышит. А я с Борькой посмотрим верхотуру, мож чего и увидим сверху, пока еще светло.
В воздухе витал тяжелый запах сырости и плесени, напоминающий о том, сколько веков прошло с тех пор, как кто-то последний раз спускался сюда. Андрюха, напарник Олега, с погонялом Тощий, пошёл дальше по первому этажу, ступая по полу с опаской, не отрывая от него взгляда. Он не заметил бокового лаза, что открылся скорее всего после повторного разрушения крепости. Теперь она частенько «роняло» то тут, то там арку или целый пролет. Время брало свое..
А Олег увидел. Точнее — почувствовал. Когда он шел вслед спешащему Тощему,
Как брат узнал обо мне всю правду