открыто трахала палец президента. Скользя своей тесной влажной мягкой киской вверх и вниз, она прижала свои груди к его лицу, задушив его глаза, нос и губы своей мягкой мясистой плотью.
Президент вздохнул с глубоким фундаментальным, животным удовольствием. Вскоре его губы нашли сосок, и он немедленно начал лизать, сосать и покусывать.
«Корми меня, президент Рэйбёрн», — умоляла Андреа, — «корми меня, как маленького мальчика».
Он делал это, снова чувствуя себя некомфортно из-за того, что его наблюдает студент бакалавриата, но в этот момент немедленное удовольствие перевешивало всё остальное. Эта девушка была так хороша, так чертовски горяча. Гораздо лучше, чем он испытал в клубе, хотя, конечно, девушкам там было запрещено многое делать. Никакого такого запрета, похоже, не сдерживало Андреа.
«Используй большой палец», — ахнула Андреа, — «на моём клиторе. Используй большой палец».
Президенту было немного неловко, что ему пришлось подсказать, особенно студентка. Ни одному профессору, не говоря уже об администраторе колледжа, не нравится, когда студент говорит, как что-то делать. Он должен был сам лучше знать. Он поднёс большой палец к твёрдому бугорку Андреа и начал массировать его, сильно нажимая, пока тёр его большим пальцем кругами, его палец всё ещё исследовал её влажную тесную киску.
«О, президент Рэйбёрн», — ахнула Андреа. — «Вы так хороши своими пальцами, так опытны, так...» Она сделала паузу, почувствовав интенсивный жар своей похоти. Она тёрла свою киску и клитор о его руку, прижимая целую сиську к его лицу. «...чертовски хороши».
Генри видел достаточно, или, по крайней мере, он наконец отреагировал. Он уже эякулировал пять раз. Возможно, это было слишком много просить, но он справился с задачей, его член снова набух и растянулся. Он так гордился им. Он гадал, сколько раз в день порнозвезде приходится эякулировать, и это определённо должно было побить рекорд Майкла или Роберта.
Президент Рэйбёрн гадал, не мог ли он, возможно, попросить девушку станцевать, извивать эту восхитительно голую попку о его твёрдый жёсткий член. Это, конечно, было бы слишком далеко. Это было бы использованием одной из студенток, и, как президент, он действительно не должен ставить себя в такую ситуацию.
Андреа внезапно вырвала свой сосок из его губ, свою киску из его пальца, освобождение последнего сопровождалось довольно непристойным хлюпаньем. «О, мистер Рэйбёрн, президент Рэйбёрн, я не могу себя контролировать, мне действительно нужно это увидеть».
«Что? Это?!» У него было чувство, что он точно знает, что имела в виду юная леди, но всегда лучше получить полное разъяснение, когда предлагаешь кому-то «это».
«Твой член, сэр», — быстро уточнила Андреа. — «Я просто должна его увидеть. Мне так сильно нужно его увидеть». Она извивалась, как будто ей отчаянно нужно было пописать, но было ясно, что что-то другое срочно, жгуче требовало внимания.
«Ну, Андреа, эм, я не совсем уверен, что мне действительно следует...»
«О, сэр, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста». Она умоляла, как маленькая девочка, желающая мороженое. Конечно, ни одна маленькая девочка не хватает папу за плечи и не трясёт своими большими, подпрыгивающими, колыхающимися сиськами перед его лицом, чтобы убедить его. «Бьюсь об заклад, у вас действительно большой, ведь вы президент и всё такое!»
Ну, никакого давления. Теперь у него была вторая причина не показывать ей. «Нет, нет, Андреа. Твоё участие в Программе закончилось, и я думаю, лучше всего просто завершить день». На самом деле, он пожалел, что не может забрать последнее замечание обратно или хотя бы уточнить, что Программа закончилась, когда они вошли в административное здание.
«Я просто хочу немного взглянуть, сэр. Только на секунду, и потом я буду вести себя хорошо, обещаю». Она потянулась вниз и положила
виртуальная любовь...или...не сбывшиеся мечты