записать значения на доске, но это нарушило бы конфиденциальность оценки, и, кроме того, было приятно иметь повод, чтобы девушки подходили к передней части класса, так как некоторые делали это, как он указал (то есть сразу), и это предоставляло прекрасную возможность наблюдать, как их большие, средние или маленькие сиськи дрожат и покачиваются, когда они приближались. Многие, конечно, старались прикрыть их рукой; некоторые даже прикрывались блузкой, но это всё равно была настоящая парадная процессия женского очарования, даже если порой они были скромно хорошо прикрыты. Нэнси, однако, гордо демонстрировала свои, которые, казалось, блестели от пота.
Как только он получил все измерения от девушек, он затем попросил парней принести свои измерения девушек. Это не заняло столько времени, так как им нужно было только заправить свои члены обратно в штаны, хотя пара, по какой-то причине, решила пройти к передней части комнаты с всё ещё гордо выставленными эрекциями, вызывая немало хихиканья и указываний со стороны девушек.
К тому времени, как парни закончили, стало ясно, что не хватит времени для составления результатов. Мистер Бернулли указал, что они смогут рассмотреть результаты на следующем занятии, что действительно вызвало немало стонов разочарования.
Сюзанна сияла от триумфа. Её вмешательство, похоже, оказалось большим успехом. Она гадала, не будет ли это когда-нибудь включено в лабораторные руководства для курсов статистики. Возможно, её даже укажут как создателя упражнения, хотя, возможно, мистер Бернулли получит за это кредит. Ну, правда будет очевидна из её собственного отчёта, если ей удастся его опубликовать.
****
Во время участия в Программе Крисси и Майкл обедали с избранной группой преподавателей и администраторов. Президент Рэйбёрн решил попробовать что-то другое с Робертом и Сюзанной. Он хотел, чтобы их опыт был менее формальным, более личным. Он предложил, чтобы Роберт провёл рабочий обед с мисс Кэтрин Биллингсли, одной из создательниц Программы в Аббервилле. Она была в восторге, так как всегда хотела быть более лично вовлечённой в реализацию Программы. Для Сюзанны президент Рэйбёрн выбрал рабочий обед с профессором Хантингом, преподавателем, с которым Сюзанна уже работала и которым очень восхищалась.
Обеды
Сюзанна не могла быть более довольной. Она очень уважала профессора Уильяма Хантинга. Он был одним из самых выдающихся преподавателей Аббервилля. Он много публиковался и считался одним из ведущих национальных исследователей математического конструктивизма. В его честь даже была названа квадратичная конструкция: Свободная Переменная Хантинга. Аббервилль считал себя счастливым, имея его, так как, когда один из их преподавателей зарекомендовал себя как квалифицированный учёный, другой колледж или университет с более сильной репутацией и большим бюджетом уводил его. Посмотрите, что случилось с мистером Питерсом.
Не менее важно, что Сюзанна уже тесно работала с профессором Хантингом. Один семестр она была его помощником по программе «работа-учёба», собирая для него статьи в библиотеке, сортируя его репринты и иногда даже имея привилегию набирать первоначальные черновики рукописей. Это было бы гораздо больше: двухчасовой рабочий обед. Конечно, она не могла по-настоящему помогать ему в математическом конструктивизме. Ни один студент бакалавриата не мог. Но это всё равно была огромная привилегия.
Она улыбнулась при мысли о том, что сможет поделиться с ним опытом Программы. Какой лучший человек для совместного экспериментального исследования, чем другой учёный? Это действительно могло стать самой лучшей, наиболее информативной и раскрывающей главой её диссертации. Его взгляды на процесс были бы неоценимы и, безусловно, интересны более широкому сообществу учёных. Она должна была признать, что немного не уверена в своём потенциальном вкладе. Она даже не была уверена, в какой журнал ей следует отправить свою диссертацию, и не удивилась бы, если бы редакторы с осторожностью отнеслись к публикации
Света