Но я не остановился. Смазал член слюной, раздвинул ей ноги шире, чувствуя, как её бёдра напрягаются. Вошёл медленно — было туго, сухо, ей, кажется, было не очень приятно. Меня это дико заводило: ощущение, что я беру её, почти "насилую", хотя она не сопротивлялась, не кричала. Я двигался минут 10, наслаждаясь каждым толчком, чувствуя, как её тело поддаётся, как она тихо вздыхает — то ли от дискомфорта, то ли от остатков желания. Я мял её груди, целовал шею, шептал ей на ухо:
— Я так хочу тебя, не могу тобой насытиться …
Она молчала, только дышала тяжелее. Я ускорился, сжал её бёдра, и оргазм накрыл меня в третий раз за вечер. Кончил внутрь, чувствуя, как сперма смешивается с её теплом. С Марией я кончал на живот, только во время месячных — в неё, а с Евгенией можно было всегда внутрь, что меня дико радовало.
После секса мы полежали. Она попросила остаться на ночь и утром проводить её на вокзал к автобусу. Я отказался, соврал, что утром надо в банк на работу, хотя в банке уже не работал — зарабатывал в интернете. Она расстроилась, и я чувствовал, что она осталась недовольна: и сексом, и тем, что я ушёл. Когда вышел из её дома, на душе было погано. Врать Марии, врать Евгении… Я решил, что с Марией пора заканчивать. В тот вечер отзвонился ей, сказал, что перебрал, потому не видел сообщений. С Евгенией мы обменялись номерами, начали переписываться в Viber. На следующий день она уехала к себе, а меня грызла совесть: я обманывал двух женщин. Евгения писала, не жалею ли я о встрече. Я ответил, что нет. Спросил её — она призналась, что переживает, правильно ли поступает, что спит со мной. Сказала, что после моего ухода у неё болела голова. Она звала к себе в посёлок, а я — к себе в квартиру.
Теперь надо было сделать самое трудное — бросить Марию. Я напился, и около шести вечера написал ей в Viber:
"Маш, я больше не приеду. Хочу искать жену, пробовать новое, изменять тебе не хочу. Спасибо за всё".
На душе было так паршиво, будто я человека убил. Я понимал, что она мне не жена, клятв верности мы не давали, но она по-своему меня любила. Часто говорила невзначай: "Люблю тебя". Я никогда не отвечал, просто молчал. В ответ она прислала фото — красное лицо в слезах, наверное, чтобы я почувствовал себя виноватым. Неделю не писала, а потом начала присылать цифры: 7, 14, 21, 28 — сколько дней прошло с нашего расставания. Я игнорировал.
Чтобы закрыть тему с Марией, скажу: прошло больше пяти лет с тех пор, как я её бросил. Спустя два года она написала, попросила о какой-то помощи, я ответил. Теперь она пишет раз в полгода, иногда присылает аудио. Рассказывает, что после расставания у неё на фоне стресса началась менопауза, месячные пропали. Что секса у неё всё это время нет, никого найти не может. Спрашивает, как я, — сейчас я безработный из-за ситуации в стране. Пару месяцев назад намекнула, что не против, если я приду, трахну её и молча уйду. Я проигнорировал. Не хочу снова в это влазить, а потом расставаться и чувствовать себя так же хреново.
Сейчас у меня отношения с третьей женщиной, но об этом позже. В следующей главе я расскажу, что мы с Евгенией пробовали за год, как я раскрепощал старушку и почему мы расстались. Если вам интересно, пишите в комментариях. Понимаю,
Как Федька-парашютист и Степан Сергеевич Девяточка женами менялись