спросила Ева. — «Я застряла здесь, в Спрингс. Не должна это говорить, но я скучаю по Иллинойсу. Чувствую себя в ловушке».
Алекс рассмеялась. «Нет, не застряла». Она приподняла подбородок Евы. — «У тебя есть то, чего хотят многие девушки... Чёрт!» — вздохнула она. — «Ты ведь не представляешь, правда? Твоя фигура — билет в любую точку мира. Ладно. Посмотрим, выполнила ли ты домашнее задание, как я просила?»
Хотя женщина уже видела её всю, Ева покраснела, снимая всю одежду и стоя неподвижно, пока красивая женщина присела, поднимая её ногу. Ева чувствовала себя неловко, поставив ногу на стул, с полностью открытым пахом перед женщиной, которую только что встретила.
«Красиво! Очень красиво, ты знала, что у тебя прекрасная киска?» — она встала и вручила покрасневшей девушке тонкий бюстгальтер и стринги. — «Это будешь носить под большинством нарядов, так что переодевайся, и начнём. О, оставь обручальные кольца здесь. Они будут в безопасности».
Молодая блондинка натянула два кусочка белья, размышляя о слове «большинство». Ей придётся быть без бюстгальтера? Это логично, подумала она. Алекс велела оставить одежду и повела её к вешалкам с платьями. Ева надела первое платье, снова впечатлённая тем, как точно угадали её размер. Большинство вещей, что она примеряла, были тесными в лифе, но первые несколько хотя бы сидели плотно, не будучи слишком узкими.
Она перестала стесняться или пытаться прятаться, поворачиваясь при каждой смене одежды, и вскоре оказалась лицом к Дрю, когда он обсуждал следующую серию снимков.
Дрю больше не отдавал приказы, а говорил: «Классно! Идеально! Вот этот взгляд, да», — и другие слова поддержки. После пары часов съёмки он сказал девушке сделать перерыв. — «Возьми воды, перекуси, потом пройдёмся по этим», — он указал на другую передвижную вешалку с одеждой. — «Бюстгальтер не сможешь носить, но, думаю, ты поймёшь почему».
После короткого отдыха Ева подняла вечернее платье. «Это серьёзно?» — спросила она. — «В смысле, женщины правда выходят в таком...?» — она пыталась подобрать слово для чего-то тонкого или откровенного. Ткань липла к рукам, и без бюстгальтера... Она почти могла разглядеть свои отпечатки пальцев.
Алекс рассмеялась. «Я выхожу. Примерь. Это сексуально, и, может, Дрю позволит тебе взять одно напрокат. Сведи мужа на ужин и посмотри, как внимателен будет персонал», — сказала она, роясь в вешалке. — «Давай оденем тебя. Расслабься, они уже много чего видели», — сказала она, когда девушка засомневалась, снимая бюстгальтер перед мужчинами. — «Я заметила, что съёмки идут быстрее, если я просто привыкаю, что мужчины видят мои прелести. Когда я пытаюсь быть скромнее, они стараются увидеть больше».
Ева сначала чувствовала себя неловко, повернувшись спиной, но быстро надела платье. Материал был очень прозрачным, но приятно ощущался. Сначала она думала, что кто-то возразит против её сосков, проступающих через ткань, но Дрю, кажется, был доволен, он даже сделал комплимент.
«Красиво, очень красиво. Платье сидит великолепно, повернись, чтобы свет поймал», — сказал он, указывая на её твёрдые соски. — «Дэрил, подними свет так... вот так. У тебя фигура, за которую любая девушка убила бы», — сказал он, когда соски девушки стали ещё заметнее. — «Отлично, Drakes обожает такие снимки», — хохотнул он. Он подошёл к вешалке, стоя рядом с ней, выбирая голубое шёлковое платье.
Она засомневалась, когда он вручил его ей, но лишь пожала плечами, быстро сняла одно и надела другое. Оба мужчины внимательно смотрели, и поскольку тонкая ткань ничего не скрывала, они видели её почти так же голой, как и в платье. Когда она направилась к сцене, Алекс остановила её и посмотрела на её
От безразличия к любви