На следующий день, когда мы ранним утром лежали в постели, и Лена, обняв мою подушку, лениво выводила пальчиками круги по наволочке, сестра внезапно мне призналась:
— Тань... я тебе соврала насчет мальчика в школе, - Ее голос звучал странно. В нем отчетливо слышалась смесь стыда и возбуждения.
— Мальчика? Какого мальчика? – спросила я.
— Ну, помнишь, я рассказывала про мальчика, который научил меня целоваться?
— Помню. И что тут такого? Меня тоже старшеклассник учил целоваться. – сказала я и подумала: « А потом вставил свой член мне в рот и научил сосать».
— Это не он научил меня целоваться.
Я немного напряглась, сама не знаю, почему, чувствуя, как по спине пробежали мурашки.
— А кто тогда?
Лена убрала подушку, повернулась ко мне и заглянула в мои глаза.
— Мама.
В комнате повисла такая тишина, что я отчетливо услышала, как в ванной с мокрого полотенца вода капает на пол. Я не знала, что на это сказать. И потому заговорила Лена.
— Это началось... где-то через месяц после твоего отъезда, - она говорила мед, будто перед произношением пробовала каждое слово на вкус. – Сначала были случайные прикосновения. Ну, ты понимаешь. Потом... как-то раз она зашла в ванную, когда я мылась. Сказал, что хочет потереть мне спинку.
Мои пальцы непроизвольно впились в матрас.
— Она... - осторожно, чтобы не спугнуть сестричку, начала я.
— Сначала она просто мыла мне спину, - Лена прикрыла глаза. Мне показалось, что с каким-то мечтательным выражением. – А вот потом... потом ее руки скользнули ниже. Мама сказала, что девочки должны знать свое тело. Очень хорошо знать.
Я невольно вздохнула, ярко, во всех подробностях представив мамины ладонь с обручальным кольцом на безымянном пальце, скользящую по аккуратной вульве моей сестры. Пальцы раздвигают половые губы, находят маленький клитор...
— Боже... - выдохнула я.
— Ты злишься? – Лена резко приподнялась на локтях, и я увидела, как ее соски затвердели под тонкой майкой.
Я пожала плечами, ведь я точно сама не знала, что чувствовала в тот момент: гнев, ревность или возбуждение.
— Потом она научила меня... всему, - Лена присела, скрестив ноги, и я увидела влажное пятно на ее трусиках. – Как трогать себя... как принимать пальцы... язык... Как самой работать языком.
Моя вульва пульсировала между ног в бешеном ритме. Я чувствовала, как смазка вытекает из влагалища и пропитывает мое белье.
— И тебе... понравилось?
Лена медленно провела ладонью от шеи до сисечек, потом ниже...
— Сначала я испугалась. А потом... начала ждать, когда мама войдет вечером в мою комнату.
Я не выдержала – резко притянула сестру к себе, чувствуя, как ее сердце бешено колотится. Мое билось так же супербыстро.
— Почему ты не сказала мне раньше?!
— Боялась, что ты... не поймешь, - ее губы дрогнули, - А сейчас я хочу, чтобы ты поиграла со мной тоже, как делала это мама.
Руки Лены уже стягивали с меня майку, а губы жадно исследовали мои возбужденные груди. В тот момент я поняла, что мама научила ее гораздо большему, чем простая мать.
Я сама помогла сестре избавить меня от майки и позволила той взять инициативу в свои руки.
— Она... мы всегда начианли с этого, - ее горячее дыхание обожгло мою кожу чуть ниже шеи. – Медленно, никуда не торопясь.
Я запрокинула голову, отдаваясь во власть нарастающего возбуждения.
— Сначала мама просто целовала мне грудь, - Лена говорила прерывисто, опуская поцелуи ниже. – Говорила, что так делают все мамы с дочками.
Ее влажный язык обрисовал кружок вокруг моего соска, и я резко, нервно вздохнула.
СОН