не обращал на нее внимания. Она глубоко вдохнула, зная, что от нее ожидают.
Ее босые ноги прошлепали по полу, когда она подошла к толстому клерку и села на его большое бедро. Холод пробежал по ее спине, когда жирные пальцы-сосиски обхватили ее груди, а другая рука скользнула по попе.
«Если бы у меня не было очереди из девчонок на регистрацию, я бы наелся тобой досыта», — сказал он, сжимая ее грудь, скользя по гладкой коже, чтобы ущипнуть сосок.
После некоторого времени лапания он притянул ее ближе, чтобы поцеловать. Он неуклюже засунул язык ей в губы. Толстый старый ублюдок застонал ей в рот, пересаживая ее на коленях, чтобы прижаться своим маленьким бугорком.
Аманда облегченно вздохнула, когда он прервал свой неуклюжий поцелуй и похлопал ее по попе, чтобы она встала. Старый клерк был отвратителен. Его плохая кожа, толстые очки и еще более выпуклый живот вызывали у Аманды отвращение. Но если бы у него было больше свободного времени в расписании, ей, вероятно, пришлось бы его трахнуть.
Похоже, он еще не закончил, так как схватил ее за бедра и зарылся лицом между ее упругими ягодицами. Лицо Аманды отражало ее продолжающуюся проверку реальности, когда она почувствовала, как язык клерка скользит по ее киске на пути к анусу. Она прикусила губу, чтобы не издать звука, пока его язык на мгновение зондировал ее сморщенное отверстие.
Удовлетворившись, он отстранился, сожалея, что у него есть еще работа, представляя, как трахает Аманду у своего стола. Но в его работе не было недостатка в свежих молодых кисках для использования. Он шлепнул ее по попе, отпуская: «Ты свободна».
Аманда быстро оделась и взяла документы, чтобы уйти, стараясь избегать зрительного контакта с толстяком, который вернулся к своему компьютеру. Бретт поблагодарил клерка и последовал за дочерью из комнаты.
Жара техасского солнца била по парковке регистрационного офиса. Бретт шел за дочерью по пути к машине. Она сменила спортивные шорты на джинсовые, но они были такими же короткими, оставляя ее длинные белые ноги открытыми. Его глаза были прикованы к ее попе, где кусочки ягодиц выглядывали из-под шорт. За поколения свободного использования модные тенденции становились всё развратнее с каждым сезоном, и Бретт был вечно благодарен за это.
По пути через парковку они прошли мимо пары машин, которые раскачивались взад-вперед с запотевшими окнами. Это было обычным делом на парковках, но особенно возле регистрационного офиса, где многие девушки использовались впервые. Для мужчин было распространенным развлечением тусоваться у регистрационного офиса, подходя к одиноким восемнадцатилетним для секса.
Подойдя к пикапу Бретта, он остановил Аманду, положив руку на ее плечо и откинув волосы, чтобы лучше рассмотреть татуировку при свете. Крошечный черный матричный штрих-код в круге, напечатанный на задней части шеи, все еще приподнятый и обведенный красным на ее бледной белой коже.
«Последний раз говорю, и я попрошу твою маму тоже ослабить давление, но ты теперь женщина», — тепло сказал Бретт, его разум отделял дочь от сексуального объекта, которым она только что поклялась стать. — «Это не лекция. Просто знай, что я горжусь тобой, и у тебя всегда будет место в моем доме».
Аманда сдержала стон и закатывание глаз, прежде чем ответить: «Спасибо, пап. Ты знаешь, я никуда не денусь. По крайней мере, не скоро. У меня еще год в Перкинсе, и неизвестно, когда придут ответы из колледжей».
«Знаю...» — Бретт неловко скривил рот. Он никогда не был хорош в сентиментальности. Это всегда была роль его жены в их воспитании. Он расслабленно вздохнул, закончив с серьезной частью, и небрежно сменил тему: «Мне нужно заехать на работу, разобраться
Вика часть1