длину ног. Ее топ-труба плотно облегал скромные упругие груди с асимметричным оранжево-синим узором, добавляющим яркости бледному цвету лица.
В обществе, где ценность ковалась на основе внешности и сексуальной привлекательности, Хелен было трудно не завидовать этой горячей молодой женщине, входящей в ее дом. Это было похоже на остаточную обиду, которую она испытывала к своим дочерям, напоминающим молодые версии ее самой. Но в итоге Хелен понимала и глубже принимала, что так устроено американское общество. Молодое поколение женщин свободного использования заменит старшее и со временем будет заменено само, передавая ответственность за заботу о стране.
Хелен обошла стол, раздавая тарелки с равными порциями своего знаменитого куриного пармезана. Она налила бокал вина себе и отцу, а розовый лимонад — Лэндону и Лекси.
Джек был в середине рассказа, пытаясь впечатлить молодых историей о нелегальных гонках, в которых участвовал после войны. Хелен знала эту историю вдоль и поперек, и с каждым пересказом мастерство Джека в гонках росло вдесятеро.
Ужин продолжался с дружеской болтовней и знакомством с Лекси. Неудивительно для Хелен, что карьерные амбиции молодой женщины заключались в том, чтобы стать корпоративной крольчихой. Это было обычным для чирлидерш и других традиционно привлекательных популярных девушек выбирать карьеры секс-работниц. Конечно, корпоративные крольчихи обычно работали секретарями или представителями брендов в крупных компаниях или фирмах, выполняя функциональную роль наряду с эстетической. Но в обществе свободного использования на эту индустрию не бросали тень позора, и их зарплаты отражали это.
Даже крольчихи низшего уровня, работавшие в отелях, массажных салонах торговых центров или стрип-клубах аэропортов, хорошо зарабатывали и считались столь же уважаемыми, как женщины в традиционных карьерах. Некоторые даже считали крольчих умнее за то, что они зарабатывали больше за меньшую работу, будучи сексуальными объектами, которых требовало общество свободного использования. Другие обижались на них по той же причине.
Хелен в основном воздерживалась от суждений, но с возрастом в ней крепло скрытое предубеждение. Но это не мешало ей быть дружелюбной и принимать новую девушку сына.
После ужина Лекси предложила помочь убрать со стола, и Хелен согласилась. Пока две женщины мыли посуду, Джек и Лэндон удалились в гостиную смотреть телевизор.
«Рада начать год после выпускного?» — небрежно спросила Хелен.
«Наверное», — ответила Лекси, складывая посуду у раковины, — «Я не в восторге, что Лэндон возвращается в кампус».
«Я тоже не в восторге», — призналась Хелен, отмывая тарелки. — «Но Финикс не так далеко. Это я себе твержу».
«Лэндон сказал, что я могла бы поехать с вами на некоторые его игры. Думаете, это нормально?» — спросила Лекси.
Хелен согласилась с улыбкой: «Конечно, милая! Если не против ездить с Джеком. Зная его, он захочет быть на каждой игре пораньше для тейлгейтинга».
«Спасибо, мисс... Спасибо, Хелен», — ответила Лекси, — «Мне нормально приезжать пораньше. Проще, чем просить у папы машину».
Как будто почувствовав, что его имя упомянули, Джек крикнул из гостиной: «Хелен! Можешь отправить Лекси сюда с имбирным элем?»
«...Или ты можешь встать и взять его сам!?» — крикнула Хелен в ответ поверх шума мусоропровода. Она лишь частично шутила, но ее намеренный тон мог потеряться из-за расстояния, через которое пришлось кричать.
«Все нормально. Я не против», — сказала Лекси, направляясь к холодильнику, — «Они тут?»
«Да, банки на дверце», — ответила Хелен.
Лекси ушла доставить имбирный эль, оставив Хелен заканчивать посуду в одиночестве. Она не возражала против уединения, но это замедлило ее мысли, возвращая их к времени в аптеке с Гектором. Часть ее очень хотела, чтобы он позвонил или написал, но она чувствовала себя глупо из-за этого.
Лекси добралась до гостиной, где Джек и Лэндон смотрели бейсбольный матч по телевизору.
Розовый бархат - Измена у нас в мыслях