дружный гогот друзей, сидящих с бокалами на диване.
— Джо, полегче, дай даме передышку, - трясся от смеха Лотар, расплескивая виски из бокала.
— В-а-а-а-л-е-е-е-т-ы-ы-ы! – хрипло завопил Джозеф. Он сполз на пол и перевернулся, вывалив на обозрение голую сосиску. Брюки, вместе с трусами спущенные на колени, связывали ноги, мешая ему подняться.
— Казанова, ты не слишком разошелся? А если дамы вернуться? – попытался вразумить буяна Питер.
— А где они?! Хочу их всех!
Мужчина полностью сдёрнул с себя штаны, перевернулся на четвереньки, и неуверенно пополз в сторону лестницы. Николь испуганно вернулась в комнату, закрыла дверь на замок, и уселась на кровать. Похоже, что байки, рассказанные этим некогда солидным господином вовсе не байки. От греха подальше она решила сегодня больше не выходить из комнаты, а завтра всё же подумать о переезде.
Шум и грохот внизу продолжались, вскоре к нему прибавился веселый женский визг. Николь ужасно хотелось посмотреть, что именно там происходило, но она боялась, что веселые и компанейские друзья в пьяном угаре могут оказаться невменяемыми. Поэтому девушка достала наушники, включила на телефоне любимую музыку, и улеглась на кровать. Кажется, она даже немного задремала, когда в дверь стали настойчиво и громко стучать.
— Ни… Ни..ки, к-р-р-р-асавица… ты тут? – голос был настолько пьяным, что она даже не могла понять кому он принадлежит, - откр-р-р-ой, красотка… хочешь вина?
Николь молчала, боясь выдать свое присутствие малейшим шорохом. Настойчивый стук повторился несколько раз и вскоре стих. Девушка снова надела наушники, но заснуть уже не смогла. Больше часа она пролежала, глядя в потолок, наслаждаясь любимой музыкой, пока вдруг не осознала, что очень хочет в туалет. Возникшая проблема тут же вывела гостью из спокойствия. Она вскочила с кровати, подошла к двери и прислушалась. Было очень тихо. Ни звука музыки, ни шума, ни разговоров. Быть может, все уже спят? Приплясывая от нетерпения, Николь порылась в сумке, достала из кармашка, носимый на всякий случай, перцовый баллончик, и осторожно открыла дверь.
Тишина. До слуха долетал только едва различимый плеск воды. Перила балкона напротив были освещены желтоватым светом лампы, вырывающимся из приоткрытой двери кабинета. Николь запоздало вспомнила, что обещала Лоту не оставлять документы без присмотра и закрывать кабинет, когда уходит. Но сейчас было не до этого.
Выступив на балкон, она взглянула вниз и взволнованно ахнула. В подсвеченном бассейне, страстно обвив друг друга руками, ласкались Мика и Анна. Их губы временами встречались, и были видны влажные языки, играющие друг с другом. Правая рука Анны поддерживала японку за талию, а левая аккуратно сжимала обнаженную грудь.
У Николь застучало в висках, лицо налилось кровью, а низ живота сковало приятным напряжением, на время скрыв позывы мочевого пузыря. Мико прервала поцелуй, тихо простонала, и запрокинула голову. Анна что-то шептала ей на ухо, а потом короткими поцелуями спустилась по шее и обхватила губами сосок. Её левая рука нырнула под воду, вызвав у партнёрши очередной восторженный возглас:
— Да-а-а…
Николь даже присела от волнения. Она никогда раньше воочию не видела взаимных женских ласк, и не предполагала, что это может быть так волнующе. Грудь Анны была скрыта от взгляда, но её обнаженная спина и круглая белая попа под слоем прозрачной воды, непреодолимо притягивали взгляд.
«Вот тебе и Амстердам», - мысленно констатировала девушка, стараясь взять себя в руки. Организм напомнил о своих потребностях, и девушка стала осторожно смещаться в сторону лестницы. Прямо на ступеньках она обнаружила спящего Лота. Бокал в его руке опрокинулся, разлив по лакированному дереву жидкость, пахнущую спиртом и можжевельником. Аккуратно обойдя мужчину сбоку, гостья спустилась на первый этаж, и на
Мать и сын. Уже возникают проблемы. (ч.3. О том, как бывает в реале между мамой и сыном)