и я ощутил её горячее дыхание рядом с моим ухом, почувствовал тяжесть ее сисек, которые упирались мне в руку.
— Нравится, Егор? — шепнула она, её губы почти касались моей шеи. — Хочешь, чтобы тётя Света сделала ещё лучше?
Я не мог ответить — горло пересохло, а всё моё внимание было приковано к её руке, которая продолжала двигаться, доводя меня до грани. Она слегка сжала мой член сильнее, и я не сдержал тихий стон, что вызвало у неё ещё один смешок.
— Вот так, хороший мальчик, — сказала она. — Не сдерживайся, я знаю, что тебе нужно.
Её рука задвигалась быстрее, и я чувствовал, как приближаюсь к краю. В этот момент она вдруг замедлилась, дразня меня, и я невольно выдохнул от разочарования.
— Не торопись, — хихикнула она. — Дома я покажу тебе, что умею. Это только разогрев.
Я с трудом припарковался у её дома, чувствуя, как сердце колотится в груди. Тётя Света убрала руку, но не спешила отстраняться, её пальцы всё ещё слегка касались моего бедра. Она посмотрела на меня с той же лукавой улыбкой и сказала:
— Ну что, Егор, зайдёшь на чай? Не оставлять же меня одну в такой вечер.
Я знал, что должен отказаться, поехать домой, разобраться с мамой и Алексеем, но её взгляд, её тело и то, что она только что сделала, сломили моё сопротивление. Я кивнул, и мы вышли из машины, её рука всё ещё держала меня за локоть, будто она боялась, что я передумаю.
Мы поднялись в её квартиру. Внутри оказалось уютно, но был легкий беспорядок — разбросанные подушки на диване, пустой бокал на столе. Тётя Света сбросила туфли и, покачивая бедрами, прошла на кухню.
— Давай выпьем чего-нибудь, расслабимся, — предложила она, доставая из шкафа бутылку красного вина. — Ты же не откажешься от бокала с тётей Светой?
Я кивнул. Она налила два бокала, передала один мне и села рядом на диван, так близко, что её бедро касалось моего. Мы чокнулись, и я сделал глоток, чувствуя, как тепло вина растекается по телу. Тётя Света смотрела на меня с лукавой улыбкой, её пальцы играли с краем бокала.
— Егор, ты такой взрослый стал, — сказала она, её голос стал ниже, почти шепот. — А я всё помню, как ты пялился на меня на пляже. Думаешь, я не заметила?
Я почувствовал, как кровь прилила к щекам. Она была права — я не мог отвести глаз от неё тогда, да и сейчас её близость сводила с ума. Она поставила бокал на стол и придвинулась ещё ближе, её рука легла на моё плечо.
— Свет, я... — начал я, но она перебила, положив палец мне на губы.
— Тсс, не надо слов, — прошептала она. — Просто расслабься.
Она встала и, не отрывая от меня взгляда, сказала:
— Я сейчас, переоденусь во что-нибудь поудобнее. Не скучай.
Она ушла в спальню, а я остался сидеть, чувствуя, как вино и её слова кружат голову. Через пару минут дверь спальни открылась, и моё дыхание перехватило.
Тётя Света стояла в дверном проёме в одном нижнем белье — чёрном кружевном лифчике, который едва сдерживал её огромные груди, и таких же кружевных трусиках, которые подчёркивали её пышные бёдра и широкую задницу. Её тело было как из тех фотографий на сайте Алексея — сочное, манящее, с лёгким загаром, который делал её кожу ещё более аппетитной. Она медленно подошла ко мне, покачивая бёдрами, её груди колыхались с каждым шагом, а соски проступали сквозь тонкую ткань.
Конвейер по-взрослому