Мила, - Элай растерянно посмотрел в глаза женщине.
— А что я? Элай, знаешь, когда мне тяжело было, она всегда рядом. Я её завучем к себе в школу взяла. Часто вместе сидели. Вспоминали. Тебя. Она мне всё рассказывала, как ты, да что...
— Блин Мила.
— Да всё хорошо, я даже ей завидовала. Знаешь, мне кажется, что молодой парень и зрелая женщина, это идеальный союз. Ну, для этих дел.
— Наверно.
Пара наконец пошла к дому. Мила заботливо подхватила вторую ручку у тяжёлой, спортивной сумки.
— Что там у тебя? Автомат?
— Варенья всякие, яблоки, одежда, форма, подарки.
— Зря позвала Таню?
— Всё хорошо, неожиданно просто.
— Отлично! Я баньку топлю. Салаты Танька режет с утра. Пироги.
— Я это... Меня друзья же встречали. С ними договорились.
— И куда?
— Не знаю ма... Мила.
— Пусть сюда приходят.
— Они сюда за мной и зайдут.
— Отлично. Алкоголя только мало. Воды в бане много.
— Я позвоню, они купят.
— И мяса тогда, шашлычков пожарим, - сказала Мила, открывая дверь в дом.
Уже вторая женщина за сегодня бросилась на Сержанта и обняла.
Подбородок парня утонул в жёсткую от лака, прическу маленькой женщины. Цепкие руки
по-детски обняли за бёдра. «Только бы ниже сразу не спустилась, а то она может», - подумал Элай. Наконец остренькое личико поднялось вверх и их глаза встретились. Элай наклонился и поцеловал ярко накрашенные, капризно надутые, пухлые губы. Татьяна сразу же запустила язык ему в рот.
— Э ребятушки, вы вперёд забегаете, - шутливо сказала Мила.
— Привет! Какой ты стал! Сильный! – сказала Татьяна и снова, на цыпочках поднялась и поцеловала Сержанта.
Элай виновато посмотрел на приёмную мать. Татьяна нехотя расцепила объятия и отошла.
— Какой план? – спросила Мила у Элая.
— Мне бы умыться, пару часов поспать, в поезде языками зацепились с одним офицером.
— Тоже из госпиталя?
— Ма... Мила, я с курорта по сути уже ехал. Санаторий на берегу моря. Он там тоже отдыхал.
— Хорошо, беги в баню, там уже тепло.
— Я по-быстрому.
— Таня, ты тут остаёшься, хорошо?
— Да, - сказала Таня, отошла от Элая к накрываемому столу.
— Элай, друзьям позвони, чтобы бутылочку взяли.
— Хорошо, ну всё, я переодеваться, - сказал Сержант и подхватил сумку.
Через пять минут, позвонив из комнаты друзьям, он вышел уже в шортах и майке, с полотенцем на плече и расстегнутой сумкой.
— Вот тут банки, яблоки, - возьми. .. Мил.
— Давай, сразу на стол пару выставим, - сказала женщина, заглядывая в открытую сумку.
— Вот ещё, - сказал Элай, подавая пачку из-под печенья.
— Ого. Деньги?
— Откуда?
— Родина благодарит за службу.
— Тут и доллары. Какая Родина щедрая!
— Спас одного сынка генеральского. Сынок так себе, а батька боевой генерал, отблагодарил. Всё я ушёл.
Наскоро помывшись в топящейся бане, Элай вернулся в комнаты и прилёг на узкую кровать. И буквально сразу, под звук болтающих в соседней комнате женщин, стал засыпать.
— Тук, тук, - сквозь дрёму услышал он голос Татьяны.
— М, да Тань.
— Спишь? – женщина вошла в комнату, прикрыла за собой дверь и встала.
Спина прямая, плечи расправлены, носки ступней разведены в разные стороны. Маленькая ручка женщины теребит подол короткого платья.
— Почти заснул, - сказал Элай, протирая глаза.
— Людка вышла дров подбросить, можно я с тобой посижу?
Элай подвинулся на узкой кровати, похлопал рукой по освободившемуся месту. Женщина присела.
— Как ты? – спросила она и слегка навалилась локтем на живот Сержанта.
— Всё хорошо уже. Год на реабилитации.
— Куда ездил? – спросила она и её рука потянула простыню ниже, оголяя живот Сержанта.
Кожанный костюм