Слишком яркая, слишком уверенная. И слишком обнажённая сейчас, чтобы не чувствовать этого фоном.
Настя вдруг снова заговорила. Голос был спокойный, но с лёгкой, ленивой ноткой интереса:
— А у вас с Колей... всё нормально?
Алёна вздрогнула.
Открыла глаза, повернулась к ней.
Настя смотрела в небо, не глядя прямо, голос оставался тем же:
— Просто ты какая-то сегодня... напряжённая. Не как обычно. Я ж тебя знаю.
Улыбнулась чуть уголком губ.
Алёна замялась. Пальцы сжали край лежака.
— Всё... нормально... — выдавила. — Просто... ночь была тяжёлая.
Настя хмыкнула, не отпуская тему:
— Хм... тяжёлая ночь на даче... Звучит интересно.
Скользнула взглядом по ней — быстро, но внимательно.
Алёна почувствовала, как щеки слегка вспыхнули.
Настя усмехнулась про себя.
— Ладно, не лезу, — добавила мягко. — Но если захочешь поболтать... я ж не просто так сюда сорвалась. Слушать умею.
Закрыла глаза.
Но зерно уже было брошено.
У Алёны сердце стучало чаще.
И мысль крутилось одна: заметила ли Настя что-то... или просто так сказала?
Солнце припекало всё сильнее.
Кожа разогрелась, воздух стоял тяжёлый.
Настя первая пошевелилась.
Села, встряхнула волосами.
— Что-то я зажарилась... Пойду внутрь, охладиться надо.
Алёна тоже поднялась.
— Пойдём. Жарит уже.
Обе поднялись, прошли к дому.
Настя на ходу расстёгивала завязки купальника, не стесняясь.
Алёна — молча, но сердце стучало чаще.
В доме было прохладнее.
Тем временем Николай уже возился у сарая.
Таскал поленья, щепу.
Баню начал готовить заранее — чтобы успела прогреться к вечеру.
Руки работали машинально, но в голове всё так же крутились сцены ночи.
В доме было прохладно.
Настя прошла на кухню первой.
Открыла холодильник, достала бутылку воды.
Питьё льётся, плечи блестят после солнца.
— Уф... жара у вас тут, — кинула в сторону Алёны, улыбнувшись.
Алёна молча наливала себе воду.
Пауза.
Настя усмехнулась:
— Я пока к Николаю схожу, посмотрю, чем он там занят. Может, помощь нужна.
Потянулась за лёгкой накидкой, накинула поверх купальника, босиком вышла во двор.
...
Николай в это время у бани закладывал дрова.
Рубашка была снята, на теле выступила испарина.
Гулко отбрасывал полено в топку, когда услышал шаги за спиной.
Обернулся.
Настя шла медленно, босыми ногами по траве.
Накидка едва прикрывала бёдра, тонкие бретели сползали с плеча.
Остановилась в паре шагов.
— Ого, ты тут целый ритуал устраиваешь, — усмехнулась. — Прям по-серьёзному.
Голос — лёгкий, тёплый.
Николай вытер ладонью лоб.
— Надо, чтобы успела прогреться. К вечеру будет в самый раз.
Настя провела пальцами по вороту накидки, поправила.
— Ну класс. Я как раз хотела попариться нормально.
Огляделась.
— Вам часто тут компания в баню собирается? Или в основном вдвоём с Алёной?
Спросила будто между делом, без подтекста.
Николай посмотрел на неё чуть дольше, чем нужно было.
Фигура стройная. Гладкая светлая кожа, лёгкий запах ванили, который донёсся с лёгким ветром.
В голове сам собой всплыл вопрос:
смогла бы она... вот так, как Алёна вчера... с двумя мужчинами?
Мысленно поморщился. Не гнал эту мысль — но убрать не мог.
Настя между тем стояла спокойно, чуть покачиваясь на ногах.
Ожидала ответа.
Николай откинул полено в топку.
— По-разному бывает, — коротко ответил. — Зависит от компании.
Настя кивнула:
— Ладно, не мешаю. Пойду помогу Алёне. А то стою тут как начальник.
Развернулась легко, прошла обратно в сторону дома.
Николай проводил взглядом стройные ноги, светлую кожу под накидкой.
В груди снова что-то сжалось. Мысль никуда не делась.
К вечеру баня была уже готова. Николай затопил заранее, дрова потрескивали в топке, пар стоял густой, тёплый. Воду в баке проверил — всё как надо, хватит на долгое сидение.
Тем временем в доме Настя с Алёной переодевались. Настя выбрала свой чёрный спортивный купальник, открытая спина, высокие вырезы по бёдрам. Татуировки на бедре и на руке были на виду. Волосы стянула в лёгкий хвост.
Алёна надела тот же красный купальник, в котором загорала днём. Загорелая кожа тёплым оттенком проступала сквозь тонкую ткань, грудь
В ресторане