В спальне висела томная полутьма. Занавески были чуть прикрыты, но сквозь щели пробивались полосы света. Пыльные лучи ложились на кровать, на комод, на зеркало в полный рост.
Алёна молча открыла шкаф, стала перебирать вешалки. Платья скользили под пальцами — одно за другим.
— В чём... мне быть?.. — голос дрогнул. Она не оборачивалась, но чувствовала за спиной взгляд мужа.
Николай подошёл ближе. Обнял её сзади, ладони легли на талию.
— Так, как тебе... комфортно. Но... — он чуть склонился к уху. — Я хочу, чтобы ты нравилась себе. И... чтобы он видел.
Алёна вздрогнула от этих слов. Пальцы замерли на лёгком платье — чёрное, почти прозрачное, с тонкими бретельками и глубоким вырезом. Без белья под ним оно оставляло мало простора для воображения.
— Это?.. — спросила тихо, будто проверяя границы.
Николай кивнул, не отпуская.
— Да. Если... ты готова.
Алёна глубоко вздохнула. Тело уже горело изнутри. Она медленно сняла сарафан, осталась обнажённой. Молча достала чёрное платье, накинула на плечи. Ткань прилипла к коже, холодя соски, которые моментально затвердели.
Николай смотрел, не отводя взгляда.
— Шикарно... — проговорил он хрипло. — Он с ума сойдёт.
Алёна покраснела, но в глубине глаз мелькнула искорка.
— А ты?.. Ты сможешь... смотреть?.. — спросила она почти шёпотом.
Николай провёл ладонью по её бедру, подол платья чуть приподнялся.
— Смогу. Потому что ты — моя.
Алёна дрожащими пальцами поправила волосы, посмотрела в зеркало. Её дыхание участилось — в отражении стояла другая женщина. С распахнутыми глазами, с горящей кожей.
— Тогда... ждём гостей, — выдохнула она.
Николай усмехнулся, провёл пальцем по её спине.
— Да. Ждём...
В доме снова повисла напряжённая тишина. Стрелки часов тянулись к вечеру.
Вечер опускался на дачу медленно, как густой мёд. Воздух стал тёплым, чуть липким. В саду стрекотали сверчки, где-то вдалеке глухо ухала сова.
В доме горел мягкий свет. На веранде Николай расставил бокалы, нарезал овощи, достал бутылку вина.
Алёна несколько раз подходила к зеркалу — поправляла волосы, проводила ладонями по платью. Ткань прилипала к телу, соски отчётливо выделялись под почти прозрачной тканью.
Она глубоко вздохнула. Сердце билось так, что казалось — его слышно в комнате.
Анастасия и Артур