внутреннего желания. Он не знал, чего хочет больше: остановить это или чтобы они пошли дальше.
И вдруг... Алёна мягко отстранилась. Глаза её были опущены, щеки покраснели.
Она не смотрела на мужа — будто чувствовала себя виноватой. Но и остановка была не отказом, а временным спасением.
Семён вернулся на своё место, довольный, но явно разгорячённый. Он жаждал большего — это было видно.
Следующий кон выиграл Николай. Алёна набрала мало, а Семён — снова перебрал.
И теперь очередь за Николаем... Он должен был загадывать желание. Ревность по-прежнему давила изнутри, но возбуждение и любопытство — были сильнее.
Он чувствовал, что перешёл некую границу, за которой осталось только чистое, необузданное влечение.
Чтобы снять с Алёны чувство вины, чтобы она почувствовала себя свободной, он пошёл ва-банк. Он повернулся к Семёну и предложил:
— А давай... вместе. Пососём её грудь.
Алёна удивлённо посмотрела на него. Николай ответил лёгкой улыбкой и коротким кивком. Она медленно улыбнулась в ответ — уже им обоим, изящно откинула волосы с плеч и расправилась на спинке скамейки, обнажённая, спокойная и... открытая.
Семён и Николай сели по бокам. Каждый — с одной стороны. Каждый — с одной грудью в ладони. Они наклонились одновременно, и губы сомкнулись на её затвердевших сосках.
Алёна застонала тихо, хрипло, провела руками по их волосам, вплетая пальцы, поглаживая макушки. Тело её дрожало, плечи подрагивали, дыхание сбивалось. Семён осторожно гладил живот — кругами, скользко, чувственно. Николай тем временем скользнул ладонью между бёдер, внутрь — туда, где влажность уже не скрывалась.
Языки обоих мужчин кружили по её соскам, посасывали, прикусывали. Алёна откинулась назад, закрыла глаза, прикусила губу — и словно отдалась полностью. Две руки — две ладони, два ритма — ласкали её между ног. Пальцы, горячие и потные, скользили в сочащейся щели. Алёна вскрикнула, выгнулась, вцепилась ногтями в плечо Николая,
а другой рукой — укусила за плечо Семёна. Тело её задрожало, стало извиваться.
Оргазм прошёл через неё, как волна — обильная, хлещущая, захватывающая. Она кончила бурно, громко, с рывками, заливая их пальцы. Села на месте, тяжело дыша, опрокинув голову на стол.
Оба мужчины, быстро приведя её в чувство, отступили — и вернулись каждый на своё место. Но тела, члены, яйца — всё внутри них требовало продолжения.
Игра продолжалась. Но теперь уже — по-другому. Без защиты. Без сдержанности. И без тормозов.
В следующем кону выиграла Алёна. Николай и Семён набрали меньше и теперь ждали, какое желание загадает она. Но никто не ожидал того, что она сделала дальше. Алёна, не сказав ни слова, встала и уселась на край стола, раздвинув бёдра ровно настолько, чтобы всё было видно. Глядя на Семёна, она спокойно, почти буднично предложила:
— Хочешь... полижи мне языком?
Повторять не пришлось. Семён вскинулся, как пружина, подошёл и, встав на корточки перед ней, жадно впился губами в её влажную промежность. Николай не двигался.
Он только взял свой напряжённый член в руку и начал медленно, машинально поглаживать, наблюдая за происходящим.
Семён держал Алёну за бёдра, ловко и уверенно работая языком, его лицо скрывалось между её ног, а из-под живота слышалось влажное хлюпанье и сдавленные стоны. Алёна откинулась назад, упершись локтями в стол, закатив глаза, её пальцы дрожали, ногти скребли поверхность. Тело мелко тряслось от нарастающего удовольствия. Она стонала громко, прерывисто, дышала часто, а Николай, наблюдая за этим, чувствовал не только ревность, но и жгучее, дикое возбуждение.
Через пару минут тело Алёны задрожало. Оргазм пробежал по ней судорогой.
Семён не остановился — продолжал ловить её движения, пить её сок, прижимать к себе крепче. Она сжала его голову, запуталась пальцами в его волосах, а затем медленно опустилась спиной
Как с соседкой отжигал