Улыбаясь, Антон наблюдал, как его мать забралась на кровать и оседлала его.
«Подожди секунду мамочка. Подними ночную рубашку, я хочу увидеть твою «Любовную дырочку»».
Наталья Игоревна приподняла нижнюю часть ночной рубашки, обнажив свою киску сыну. У нее был самый милый вид из всех, которые Антон когда-либо видел. Она была почти полностью заросшей. Он наклонился и потер маму между ее ног. Она уже была мокрой.
— Давай, начнем мамочка...
Подавив стыд от стыда, Наталья Игоревна опустилась на твердый член сына.
— Мм...м!
Из своего полулежащего положения лицо Антона было всего в нескольких сантиметрах, от сисек его матери. Наталья Игоревна опустилась на колени, оседлав сына, наклонившись вперед и положив руки на матрас, для поддержки своего тела.
Антон схватил круглую задницу своей мамы, когда они начали медленный, устойчивый темп своего очередного совокупления.
— А...а, да, — простонал Антон.
— Мамочка, я хотел трахнуть тебя всю неделю.
Наталья Игоревна любила приятные слова, во время секса, но слышать их от собственного сына ей становилось не по себе. Он даже называл ее «Мамой», когда они трахались. Слышать, как он говорит, это возбуждало ее часть, та часть, которая возбуждалась от того, насколько грязно и дико было трахать ее сына. Но главным образом это напоминало ей о том, какой ужасный грех она совершает.
Она старалась не обращать на это внимания, двигая бедрами вперед и назад, чувствуя, как член сына скользит внутри нее с каждым ее движением.
Антон посмотрел на мать. Это было такое невероятное зрелище — наблюдать, как его собственная мама скачет на его члене. Он крепче сжал ее задницу и слегка раздвинул бедра на кровати, пока они продолжали трахаться.
— О, Боже, твоя дырочка такая мокрая!
«Не надо... не говори так сыночек, — тихо прошептала Наталья Игоревна.
— Но это так, мамочка. Ты такая мокрая. Трахать тебя — это потрясающе!
Наталья Игоревна, еще немного наклонилась вперед, получая больше движений в своих толчках бедрами. Прижав ее сиськи прямо к своему лицу, Антон начал сосать ее твердые соски.
— Да, сыночек, — сказала Наталья Игоревна, несколько смущенная.
— Мне нравится скакать на твоем члене сыночек.
Антон сильнее оторвался бедрами от кровати, чувствуя, как его член скользит все глубже внутрь её влагалища. Оно было тугим, и оно сосало его член, когда он входил и выходил из него.
Наталья Игоревна застонала, от удовольствия и заставила собственные бедра двигаться быстрее. Антон схватил нижнюю часть ее ночной рубашки и натянул ее на грудь. Сняв её до конца, Наталья Игоревна отбросила её в сторону, оставив ее совершенно голой, пока она скакала на члене своего сына. Сильное сексуальное удовольствие начинало подавлять чувство вины, которое она испытывала.
— Ты так хорошо выглядишь голой, мамочка.
— Серьёзно, детка?
— Да! Боже, посмотри на эти сиськи!
Наталья Игоревна почувствовала прилив гордости. Ее муж, казалось, больше не ценил ее тело, но по крайней мере кто-то ценил.
— Ты такая замечательная, позволяешь мне трахнуть тебя. Держу пари, что ни один из моих друзей, которых я знаю, никогда не смогут, так трахнуть своих мам.
Наталья Игоревна, только застонала в ответ, безмерно наслаждаясь сексом.
— И даже если они это сделают, ни одна из их мам не будет такой сексуально возбужденной, как ты мамочка. У меня самая сексуальная мама на свете. И я трахаю тебя! Скажи это, мама».
«Ты... ты трахаешь меня, Антошка. Ты трахаешь свою мамочку!».
Антона всегда возбуждало бормотать грязные напоминания о том, что он трахается, со своей собственной матерью. Но слышать, как это звучит из ее уст, было еще лучше, и Антон уже чувствовал себя готовым
Мой эротический сон