бродяга Эйб. Пёс от счастья покрутился вокруг своей оси, а затем начал трясти головой, признавая во мне знакомую. Содержимое сумки вывалилось на землю. Мой пакетик упал прямо передо мной, и я сжала его в кулак. Старый мопс откинул свой трофей в сторону. - Гав-гав, - повторила я. - Гав-гав, - ответил мне мопс. И в этот самый момент меня и накрыло. То, что так долго копилось внутри моего тела, наконец вырвалось наружу. Я не стала никак сопротивляться - не было сил. Полностью отдалась надвигавшемуся порыву. Мои внутренности будто в одночасье вывернулись наизнанку. Мышцы напряглись. Перед глазами вновь всё потемнело. А через секунду оргазм пробил меня со всей силы. Когда я стояла на четвереньках, меня сотрясли судороги. Один за другим они накатывались из неоткуда. Казалось, им нет конца и края. Тело моё вновь и вновь испытывало волны наслаждения. После длительного напряжения, настало время полного расслабления. Я не могла ничего контролировать. Струя мочи безостановочно текла подо мной, образовывая огромную лужу. Но в тот момент меня это нисколько не волновало. Казалось, что это правильно. Правильно орать как резанная и испражняться там, где в свободное от учёбы время дети играют в мяч. Что тут, в конце концов, странного? С последней волной удовольствия из моей задницы наконец-то вывалился огурец, стоивший тридцать рублей, подаренный в супермаркете одним наркоторговцем. Он плюхнулся в тёплую лужу, и я почувствовала непомерную пустоту внутри себя, такую ясную и чёткую, что хотелось немедленно исправить это недоразумение. Понятия не имею, через какое время я полностью пришла в себя. Но когда я, пошатываясь, поднялась на ноги, на площадке уже не осталось следов собак. К счастью, мои вопли в припадке никого не заинтересовали. Видимо, это обычное дело во дворах. Куросука, уже в человеческом обличи, лежала возле стены, среди мусора. Она руками прикрывала голову и что-то непрерывно бормотала. Вся её одежда пропиталась собачьими испражнениями. Я была рада вновь ощущать свободу в собственных движениях. Непередаваемая лёгкость наполняла меня с головы до пят. А тот период, что я провела с грузом - словно в кандалах, - казался уже отголоском давно забытого времени. Наверное, глупо рассуждать об этом. В этот час ночи город почти пустовал, лишь изредка на пути попадались люди - чаще всего, они находились навеселе. На меня никто не обращал внимание. Шла я в направлении дома, а где-то через полчаса увидела ту самую импалу. Ребята ехали быстро. Хоть я и помахала им рукой, они сначала проехали мимо. Только потом развернулись и остановились возле меня. Как оказалось, троица испугались того полицейского, поэтому дали по газам, а когда увидели, что меня поймали с поличным, подумали, что это конец. Однако они не растерялись и поехали до ближайшего полицейского участка, куда меня, по их мнению, должны были отвезти. В участке Лыжная Шапка представился моим родственником, но ему сообщили, что никого похожего среди задержанных нет. Однако ребят это не смутило и они наведались ещё в два участка, с тем же успехом. Сказали, что даже думали, что меня убили. Тем не менее, им ничего более не оставалось, кроме как ездить по городу и высматривать похожую на меня девушку. Когда я им вручила их пакетик, они вроде как и обрадовались. Я заметила, что Лысый пустил слезу. Даже не знаю, что его могло так задеть. Никто меня ни в чём не упрекнул. Они даже не пожаловались, что от меня плохо пахнет, и что я провоняла весь салон. Я попросила ребят высадить меня возле моего дома.
Майское путешествие (часть 3)