Елизавета раздвинула ноги и скользнула рукой к своей щели. Она пощупала себя пальцами и почувствовала свою влагу. Она осмотрела свой скользкий палец и понюхала его. От него совсем не отталкивало запаха. Она ожидала, что он будет немного рыбным, но он пах свежим, может быть, немного землистым и мускусным. Она задавалась вопросом, почему ее собачка находила это таким опьяняющим? Осмелится ли она попробовать его на вкус?
Что же, она должна попытаться понять, почему пёс так любил это. Она лизнула его. Это не было ужасно. Он был немного соленым и скользким, и на вкус совсем не походил на мочу. Неудивительно, что он ему понравился.
В этот момент она услышала, как когти пса стучат, по кафельному полу. Он подошел к ней и положил морду ей на ногу, как бы благодаря, за завтрак.
— Доброе утро, Степа! — сказала Елизавета, поглаживая его. «Ты был очень, очень, непослушным прошлой ночью!». Затем она прочитала свою подготовленную речь.
— Мы не можем допустить, чтобы это повторилось, Степа. Я здесь главная, и теперь ты будешь меня слушаться».
Степан тяжело дышал, демонстрируя свои белые клыки и длинный розовый язык.
Почувствовав что-то, он осмотрел ее палец, все еще влажный, от ее киски. Он лизнул его. Затем он лизнул его снова, несколько раз.
— Нет! Елизавета быстро оттащила ее в сторону, готовая отругать его. Затем ее поведение смягчилось.
— Я бы называла тебя Лизуном, а не Степаном, — сказала она, притворяясь сердитой.
Не имея больше руки, чтобы лизать, Степан искал ее отвратительную киску. Прежде чем она успела среагировать, он просунул свой любопытный нос между полами ее халата.
Елизавета почувствовала, как его холодный, влажный нос проталкивается между ее раздвинутыми бедрами.
— О, нет! Только не опять!» — подумала она.
«Прекрати это, Степа!» — отругала она. «Ты прекрати это прямо сейчас!» Она попыталась запахнуть полы халата, но ей удается только зажать его голову между ее мягкими бедрами.
Степан игнорировал ее попытки убрать его. Он хотел больше ее вкусных выделений. Он просунул свою морду между ее ног, раздвинув ее бедра еще шире.
— О! Собачка! Собачка! Собачка! Нет, Собачка! — вскрикнула Елизавета, почувствовав, как его язык щекочет ее нежные бедра. Она попыталась оттолкнуть его голову, от своего влагалища, но он был слишком силен для нее. Ее действия заставили ее ноги раздвинуться, позволяя ему лизать ее влажные складки.
— Пожалуйста, остановись! Нет! Елизавета хмыкнула, ее тело сжалось. Это было так же, как и вчера вечером! Его теплый язык, ее горячая киска, изысканные чувства, пронизывающие ее сексуально лишенное тело!
Елизавета встала. «Почему ты не слушаешь меня?» Ей нужно было оторваться от его длинного, влажного языка, иначе она стонала бы в своем кухонном кресле, как распутная блудница!
Она встала, у нее подкосились колени. Ей нужно было принять душ. Да! Ну вот! Ей нужно было очистить свое тело, от всех отвратительных собачьих микробов и грязных воспоминаний, а также смыть ненормальные сексуальные чувства, которые она испытывала. Это именно то, что ей было нужно! Приятный, горячий душ. Кроме того, это дало бы ей время подумать наедине и отвлечься, от ее влюбчивой собаки и ее длинного, влажного, теплого, вкусного языка.
Пёс пришел в восторг, когда она предстала перед ним. Он прыгнул на нее, чуть не сбив с ног. Елизавета быстро выбежала из кухни, затягивая халат вокруг обнаженного тела.
Степан последовал, за ней в гостиную. Он ткнул ее в задницу носом. Тыкая ее туда, откуда исходят эти сочные ароматы. Он ткнул ее сильно, и несколько раз.
— Прекрати это, делать! — огрызнулась Елизавета. Она обернулась.
Любищеи сердца