за собой. Дениз снова кончились деньги, и она проиграла брюки Джону. К половине второго все семеро сидели на кровати в нижнем белье.
Я потягивала свой напиток и смотрела на карты. Я посмотрела на других двух женщин, тоже потягивавших виски с колой, как я. Не помню, когда у меня появился напиток, но это казалось естественным, так что я смаковала его. Все семеро были сильно пьяны и довольно возбуждены.
Стив снова остался без денег. — Ребята? У меня кончились деньги, и осталось только это белье…
Джон засмеялся: — Дам тебе десять баксов за них — при одном условии. Миссис Бойчук должна их снять. — Он посмотрел на Дениз и подмигнул. Она тут же покраснела, но не возражала, когда Стив подошел к ней.
— Вы, ребята, со своими условиями! — Красивая блондинка посмотрела ему в глаза, затем позволила взгляду скользнуть по его мускулистому телу. Ее руки медленно потянулись вверх и схватили резинку трусов. Его эрекция натягивала ткань, рвясь наружу. Труди и я внимательно смотрели, как Дениз начала оттягивать резинку от тела, затем медленно стягивать вниз. Член Стива выскочил, в дюймах от рта Дениз. У нее был голодный взгляд, будто она хотела пожрать сильного молодого борца.
В последний момент она отвернула голову и стянула трусы до щиколоток. Он поднял одну ногу, затем другую, пока она снимала белье, пялясь на его стоящий член. Он постоял пару секунд, давая ей шанс пойти дальше, если захочет. Дениз просто продолжала смотреть, тело замерло. Видя, что она ничего не сделает, Стив вернулся на свое место, забрав десять долларов у Джона по пути. Я видела, что Стив немного разочарован, но все еще очень возбужден, будучи голым перед тремя учительницами.
Удивительно, но Стив выиграл ту руку. Однако он не предложил выкупить белье у Джона. Мы продолжали играть.
Труди снова кончились деньги. Она сидела, будто пытаясь принять решение. Наконец она сказала: — Кто хочет купить мой бюстгальтер?
Джон сказал: — Дам двадцать баксов за бюстгальтер — или двадцать за стринги. Или, если позволите мне снять оба, дам восемьдесят баксов. — Ну, восемьдесят баксов — это восемьдесят баксов, а у Труди не было денег.
Труди сидела, видимо, все еще решая. — Черт возьми… если бы мне не нужны были деньги, чтобы продолжать играть и отыграть…
Она встала, глубоко вздохнула, повернулась к Джону и сказала: — Давай. — Она дышала неровно, явно возбужденная. Джон встал и подошел вплотную, так что ее груди уперлись в его голую грудь. Он обхватил ее обеими руками и повозился с застежкой бюстгальтера, открыв через пару секунд. Затем зацепил пальцы за бретельки и начал опускать их с плеч.
Ее дыхание ускорилось. Когда он опустил бюстгальтер по рукам, ее соски выскочили из чашек и прижались к его волосатой груди. Труди застонала, когда он позволил бюстгальтеру упасть на пол, и засунул большие пальцы в пояс стрингов. Когда он наклонился, чтобы стянуть стринги с попы, его лицо оказалось между ее грудями. Он задержался в этой позе на несколько секунд; думаю, он целовал ее декольте. Джон присел и стянул стринги Труди по бедрам и ногам.
Когда она вышла из белья, мы все видели, как она возбуждена. Ее узкая полоска рыжих лобковых волос (натуральная рыжая, кто бы мог подумать) была насквозь мокрая. Я чувствовала, как моя киска капает, наблюдая за этой эротичной сценой.
Джон, всегда шутник, поднес стринги Труди к носу и сделал вид, что нюхает промежность. — Ах, рай, теперь я могу умереть счастливым. Когда Труди села обратно, ее лицо было почти таким же красным, как волосы.
Детские забавы Андрея и Ирины