— Судя по тому, как я себя чувствую в данный момент, — ответил я, придя в себя, — мне, наверное, не нужны твои таблетки. Сомневаюсь, что я смог бы возбудиться, даже если бы в комнату вошла Раккель Уэлч в своем костюме из фильма «Миллион лет до нашей эры».
— Кто такая Раккель Уэлч? — спросил он.
Он был на несколько лет моложе меня.
— --oooBJSooo---
Сидя в кафе и ожидая, пока мне выдадут рецепт, я думал о том, как мне избежать сексуального контакта с Шелли, пока лекарства, которые дал мне Дэвид, не начнут действовать. Его предложение заразиться легкой формой Covid во время ее отсутствия было лучшим, что я мог придумать. Это казалось осуществимым планом. Будет ли она верить в это, учитывая, что мы - дети, Шелли и я - все были дважды вакцинированы, зависело от того, насколько она мне доверяла. Я предполагал, что она считала меня легковерным и наивным дураком, поэтому не поверит, что я ей лгу.
«Интересно, как бы она отреагировала, если бы я сказал ей, что изменил ей?» - спросил я себя.
«Наверное, как те женщины в некоторых рассказах, которые я читал», - ответил я себе. - «Насколько я понимаю, измена - это односторонняя привилегия».
Однако, предположим, что она поверит моей истории, то после того, как мой вымышленный вирус пройдет свой курс, и я изолирую себя на необходимое время, я смогу заявить, что болезнь привела к резкому снижению моего либидо и, как я надеюсь, к временной эректильной дисфункции - оба этих побочных эффекта вируса у мужчин являются редкими, но признанными.
Однако мне еще предстояло подождать несколько дней, прежде чем приступить к осуществлению своего плана. Оставшись на Фиджи на некоторое время после конференции, чтобы получить то, что она называла «немного местного колорита», она и ее спутники не будут освобождены из карантина почти неделю после этого, как и другие репортеры, которые уехали в конце конференции.
Я прокручивал этот разговор в голове, потягивая скотч.
Она сообщила мне о своем изменении планов в телефонном разговоре, который состоялся в вечер перед тем, как я обнаружил ее измену. Причиной их продленного пребывания, как она мне сказала, было то, что ей удалось договориться об интервью с премьер-министром страны и получить разрешение на интервью с несколькими местными лидерами.
— Прости, мой дорогой, — сказала она, звуча скорее возбужденно, чем сожалеюще. — Но это значит, что я останусь здесь на пять дней дольше, чем планировала.
— Ничего страшного», — ответил я, не пытаясь скрыть своего разочарования. — Можешь наслаждаться жизнью, пока есть возможность. Не забудь...
Я собирался напомнить ей, что в следующий понедельник, 14 июня, у нас девятнадцатая годовщина свадьбы, но что-то заставило меня сдержаться.
— Не забудь что, Мэтью? — спросила она.
Использование моего полного имени снова подсказало мне, что она не одна.
— Ничего, — ответил я. — Это неважно. Может быть, я услышу тебя в понедельник.
— Может быть, — сказала она. — Это будет зависеть от того, где мы будем и будет ли работать мобильная связь. Здесь все не так развито, как дома. До свидания, дорогой.
— До свидания, — ответил я. — Постарайся не забывать, что я тебя люблю.
— Не забуду, — ответила она, а затем добавила: — Прости, дорогой, но мне пора, — и отключилась.
В понедельник я не получил от нее ожидаемого звонка. Но даже если бы я его получил, это ничего бы не значило. К тому времени я уже знал, что у меня больше нет брака, который можно было бы праздновать.
Сон в летнюю ночь ? или что может присниться, если долго сидеть в интернете. Продолжение.