Мисс Шоколад шла следом, её идеальная задница покачивалась с каждым шагом.
«— Если тебе дорога жизнь, — сказала она Томми через плечо, — ты останешься… нахрен… тут.»
Она скрылась в следующем вагоне, и дверь закрылась за ней.
Томми сидел в глупой тишине целую минуту. Что, блядь, только что произошло? Кто были эти красивые женщины и что они делали в таком опасном районе так поздно? Член Томми был твёрд, как кирпич, но с исчезновением Банни его разум прояснился достаточно, чтобы критически оценить ситуацию.
Женщина была одета очень дорого. Её костюм стоил никак не меньше нескольких тысяч долларов, а большинство её многочисленных серёжек были с бриллиантами. Она не была проституткой, даже самой роскошной, и вряд ли сутенёршей, хотя её контроль над Банни был явно доминирующим.
Он должен был узнать, что тут происходит. Он подкрался к двери, пригибаясь, чтобы Мисс Шоколад не увидела его в окно. Он не был уверен, зачем вообще прятался, но что-то в этой шоколаднокожей богине пугало его на инстинктивном уровне — как оленя при первой встрече со львицей. От её твёрдого, амазонского тела исходила какая-то почти стихийная сила.
Томми заглянул в окно и увидел, что в вагон вошли ещё две женщины — очень похожие на первую пару. Одна — высокая латиноамериканка с длинными волнистыми чёрными волосами и чёлкой, закрывающей глаза. Её пухлые тёмные губы искривились в презрительной гримасе, но даже так она была красива. Её тело было стройным и подтянутым, хотя большая часть скрывалась под мешковатым школьным свитером. В отличие от Банни, её наряд был вполне консервативным, если не считать кожаных перчаток с металлическими шипами до локтей и массивных ботинок со стальным носком.
Вторая женщина была точь-в-точь как Мисс Шоколад по телосложению — словно её близнец, — но белокожая и блондинка, с молочно-белой кожей, блестящей, как полированный мрамор. На ней был такой же откровенный костюм, только белоснежный, на тон светлее её кожи. Она выглядела высокомерной и самодовольной.
— Итак, правила согласованы? — спросила Мисс Шоколад.
Блондинка-амазонка кивнула.
— Никакого оружия, кроме того, что есть в вагоне. Никакого вмешательства других бойцов. Никаких перерывов и ограничений по времени. Никакой сдачи после начала боя. Победа — только нокаут. Летальные приёмы запрещены, их использование означает дисквалификацию.
— Проследи, чтобы твоя сумасшедшая сучка это усвоила, Арианна, — Мисс Шоколад указала на латиноамериканку. — Никаких убийств.
— О, не волнуйся, Сиара, — ответила блондинка. — Аранья не хочет убивать твою кису. Она хочет её трахнуть — и, насколько я знаю, некрофилия ей не по вкусу. Но тебе стоит побеспокоиться о её поражении. Твоя девочка выглядит так, будто только что выпустилась из детсада.
— Мне девятнадцать, тупая шлюха, — огрызнулась Банни. — Вполне достаточно, чтобы размазать твою мокрую киску по полу.
Мисс Шоколад шлёпнула Банни по заднице так сильно, что звук эхом разнёсся по вагону, заставив девушку взвизгнуть.
— Тише, Банни. Ты боец. Бойцы не разговаривают с менеджерами в таком тоне. — Затем она повернулась к Арианне, пока Банни потирала свою горящую кожу. — Но насчёт твоей «бойчихи» она права. Хотя бы моя продержалась раунд с Мандинго без перелома черепа.
При этих словах латиноамериканка, Аранья, подняла голову с таким яростным, ненавистным выражением лица, что Томми вздрогнул. Её чёлка приподнялась, и он увидел её глаза… точнее, глаз. Левый был скрыт под чёрной повязкой с изображением паука.
— Хватит болтать, — прошипела она едва слышно. — Давайте начинать.
Две взрослые женщины усмехнулись друг другу, обмениваясь взглядами, полными соперничества, как тренеры перед чемпионатом. Они отошли к противоположным концам вагона: Мисс Шоколад — ближе
Ирина и Мира