платье. Мама подняла на меня глаза и сказала: - Мы женаты почти десять часов, сынок. Тебе не кажется, что нам пора закрепить наш брак?
Я улыбнулся ей и сказал: - Я добегу до спальни наперегонки с тобой.
Мама промурлыкала и поцеловала меня, а потом сказала: - Нет. Спешить некуда. Дай мне несколько минут, прежде чем поднимешься. Запри дом и выключи свет, а потом, пожалуйста, поднимись и займись любовью со своей женой.
— Мне нравится, как это звучит... жена, - ответил я. Мама снова поцеловала меня, а потом мы вошли в дом. Я наблюдал, как она грациозно поднимается по лестнице и исчезает в нашей спальне. Я быстро обежал все помещения, запер их и выключил свет, остановившись только для того, чтобы включить музыку - какой-нибудь медленный, сексуальный джаз.
Я поднялся по лестнице и вошел в нашу спальню. Мама поставила несколько свечей и зажгла их по всей комнате. - Мама? - Спросил я, оглядываясь по сторонам. Постельное белье на нашей латунной кровати было застелено, но сама кровать была пуста.
— Раздевайся, сынок, - крикнула мама из ванной. - Устраивайся поудобнее. Я почти готова. - Я быстро разделся, раздумывая, стоит ли оставаться в трусах, но в конце концов решил, что мой ноющий член и так достаточно долго сдерживался. Я забрался в постель голый, и вытянулся. Мой член стоял торчком, высокий и гордый.
— Привет, муж... сын, - тихо позвала мама из дверного проема ванной. Я выпрямился и вскочил на ноги, даже не успев подумать об этом. Свечи озарили маму небесным сиянием. Мама сняла свое платье, но все еще была в белом бюстье, и это было все! Теперь мамины соски выглядывали из-за чашечек корсета, толстые и напряженные, а под бюстье она была полностью обнажена. Ее густые черные волосы выделялись на фоне белизны ее сексуального наряда и безупречной бледной кожи. Я почувствовал, как мой член сильно ударился о мой живот, а из головки потекла предварительная сперма в предвкушении того, что скоро я окажусь между ее бедер.
— Мама...моя жена, ты... Боже мой, мама, ты прекрасна! – ахнул я, протягивая к ней руки. Мама, казалось, снова стала воплощением плоти. Может быть, это было из-за сочетания всей ее чувственной наготы, несмотря на то, что большая часть ее торса была прикрыта этим греховно выглядящим бюстье, пышной сексуальности, которая была полностью обнажена, или, может быть, мама просто обладала способностью инстинктивно генерировать такую эротическую энергию - я не знаю. Все, что я знал наверняка, это то, что это была моя мать, а теперь и моя жена. Я был самым счастливым человеком на планете.
Мама начала медленно и вызывающе приближаться ко мне. Ее губы изогнулись в злой, похотливой улыбке, и при этом она покачивала полными бедрами, а ее огромные, почти неприкрытые груди подпрыгивали и перекатывались при каждом шаге. Ее густые, пушистые волосы блестели от ее соков в свете свечей, выдавая ее возбуждение задолго до того, как до меня донесся сладкий, мускусный аромат ее влагалища.
Затем мама оказалась в моих объятиях, бормоча: - Я люблю тебя, муж мой, - и прижалась ко мне всем телом. Ее кожа пылала от желания.
— Я тоже люблю тебя, жена, - тихо ответил я, прежде чем мы поцеловались. Наши языки сплелись, а губы встретились. Мы радостно танцевали, крепко обнимая друг друга. Мамины соски терлись о мою обнаженную грудь, а мой возбужденный член прижимался к атласной ткани ее свадебного наряда.
Когда поцелуй закончился, я посмотрел ей в глаза и прошептал: - Я люблю тебя, мама!
Однажды у Надьки