будто скоро станем любовниками, и мой сын только что впервые прикоснулся к моей мокрой киске! - Она хихикнула и сказала: - Я всегда думала, что я самая быстрая, но... сынок, у твоей мамы просто голова идет кругом!
Я наклонился и снова поцеловал маму, а ее язык игриво скользнул по моему. Я не мог прийти в себя от того, какой сладкой она показалась на вкус. - Я не уверен, что мы когда-либо были обычными матерью и сыном... По крайней мере, не в этой семье, и я питал к тебе не совсем нормальные чувства, мам, дольше, чем ты думаешь.
— Да, я думаю, что мы - семья, в которой все чаще встречается инцест, не так ли? – сказала мама. Она прижалась ко мне всем телом, а ее пальцы скользили вверх и вниз по ноющему бугорку члена в моих брюках. - Итак, скажи мне, Томми. Когда именно ты влюбился в свою мать?
Я глубоко вздохнул и сказал: - Ух ты...Я не уверен, мама. - Я на мгновение задумался, а затем сказал: - Мне было двенадцать - может быть, тринадцать, и однажды ты с мамой Кэрри - попали под ливень в саду. Я видел, как вы двое подбегали к дому из окна моей спальни. Я взял полотенца и спустился сюда, на крыльцо, а ты с мамой Кэрри промокли до нитки и смеялись. Я помню, на тебе был красный топ с платком и джинсовые шорты, волосы прилипли к голове, а топ облегал грудь, как вторая кожа, и ты замерзла. Твои соски были твердыми...
В тусклом свете фонаря на крыльце лицо мамы, казалось, вспыхнуло. - Да?
— Ты с мамой Кэрри хихикали и целовались в объятиях друг друга, и я думаю, вы только что поцеловались, когда я вышел на крыльцо. Мама, ты посмотрела на меня и улыбнулась с таким выражением любви, что это чуть не сбило меня с ног. Я помню...Я помню, что это был один из первых случаев, когда у меня была эрекция.
— И тогда ты влюбился в меня, сынок? - Спросила мама.
Я кивнул и ответил: - Я думаю...по крайней мере, отчасти. - Я замолчал, облизнул губы и посмотрел маме в лицо, в ее широко раскрытые от интереса глаза, светящиеся любовью. - Это было, наверное, несколько месяцев спустя, и тренер Паркер высадил меня раньше, чем ожидалось, потому что нашу тренировку отменили, и я вошел в дом. Ты с папой лежали на диване, и ты была... эм, голая, сверху на папе, лицом ко мне. - Я на мгновение замер, с предельной ясностью вспоминая, как мама сидела верхом на папином члене. Ее тело блестело от пота, груди подпрыгивали, когда она скользила вверх и вниз по его возбужденному члену, а глаза остекленели от вожделения и удовольствия.
Я притянул маму немного ближе и продолжил: - Ты никогда не переставала трахать папу, даже когда поняла, что я был в комнате, но ты одарила меня все той же любящей улыбкой, и было похоже, что ты была счастлива видеть меня... счастлива видеть, что я вижу тебя такой, и ты смогла выдохнуть, "Я люблю тебя, Томми!" и снова ты чуть не сбила меня с ног, мама, со всем, что было в тебе...
Мама потянулась и поцеловала меня долгим и страстным поцелуем. Ее язык, кружась у меня во рту, почти сверхъестественным образом возбуждал меня. - А потом, сладенький?
Я почувствовал, что краснею. - Я сказал: "Я тоже тебя люблю", - и скрылся в своей комнате, и я... впервые в жизни я мастурбировал
Мой друг Димка.