половые губы коснулись головки моего члена. Затем она запрокинула голову и застонала, когда я вжал свой уже покрытый спермой член в ее тугую киску. Ее ноги напряглись и задрожали, когда я погрузил свой член в ее похожее на тиски влагалище. Ее пальчики на ногах изогнулись от удовольствия.
У Молли была сладкая киска, но мне казалось странным трахать кого-то, кроме мамы, но меня охватил трепет, когда я почувствовал, как мама опустилась на колени рядом со мной и прошептала: - Помни, малыш, когда ты трахаешь ее, ты трахаешь меня - ты трахаешь маму! - Молли начала всхлипывать, когда мамины слова подтолкнули меня начать трахать мою подругу быстро и яростно. Молли вцепилась в простыни, когда я вонзил в нее свой член.
Мамины руки быстро добрались до грудей Молли, обхватили ее подпрыгивающие соски, дразня и растягивая и без того длинные и набухшие соски Молли. - Оооо, дааааа... оооо, боже мой! - плакала Молли, когда я трахал ее, а мама наклонилась и начала сосать ее соски, покусывая и оттягивая их зубами, проводя по ним языком и поглаживая длинные, упругие кончики ее грудей.
Мама двинулась дальше, позволив своим рукам мять груди Молли, когда та приподнялась и начала целовать ее. Языки сплетались и танцевали. Их лица стали мокрыми от слюны, пота и остатков крема для влагалища Молли, размазанного по маминому лицу. В теплой комнате стало жарко - мы все вспотели, как в паровой бане, - комната наполнилась запахом возбужденных кисок мамы и Молли, и запахом только что извергнутой спермы. Аромат, казалось, пропитал наши гладкие, потные тела и еще больше усилил наш пыл.
Влагалище Молли сжалось вокруг моего члена, когда ее чувствительная плоть испытала еще один оргазм. Ее огненная плоть сжала мой член, требуя моего семени. - О боже! – застонал я, почувствовав, как растет моя потребность кончить. Обычно я мог бы продержаться еще долго, но одного вида мамы и Молли в плотских объятиях было достаточно, чтобы заставить любого мужчину кончить. - Я сейчас кончу!
— Да-да, кончи в меня, сладенький! - всхлипывала Молли, пытаясь трахнуть меня в ответ, чтобы я вошел глубже, но едва могла контролировать свое бьющееся в конвульсиях тело.
Мама приподнялась и поцеловала меня, просунув свой язык мне в рот и посасывая его, призывая меня - Трахнуть ее сына. Покажи ей, как приятно ты заставляешь свою маму чувствовать себя с этим большим членом. Трахни ее так, как ты трахаешь мамочку! - Я застонал в мамин рот, когда в последний раз вошел глубоко, и, погрузив свой член в лоно Молли, начал кончать - одна белая горячая струя за другой моей спермы, омывая стенки ее юной киски семенем, способным зачать ребенка.
Молли подошла к самому краю. Ее тело содрогалось - моя сперма пришпоривала ее оргазм на новый уровень, прежде чем слезы катились по ее лицу и только движение ее груди показывало, когда она пыталась дышать. Ее киска продолжала сжимать и доить меня с каждой каплей моей спермы, а ее сахарные стенки массировали меня еще долго после того, как я перестал эякулировать.
Наконец, я выскользнул из объятий Молли и рухнул рядом с ней, собрав достаточно сил, чтобы наклониться и нежно поцеловать ее. Мама склонилась над нами, глядя на нас с такой любовью и желанием, что мое сердце готово было разорваться. Несмотря на чудесный трах, которым я только что наслаждался, один взгляд на маму - и я понял, кому на самом деле принадлежат мое сердце и член.
— Это было прекрасно, - тихо сказала мама, как будто она
Кошачьи страсти