Валира кивнула. - Я уйду, или я тоже пленница, Ассанка?
— Никто здесь не в плену, кроме мужчины. Мы не можем позволить ему свободно разгуливать среди дочерей Ниоме. Мы охраняем Матассаю, чтобы защитить ее, а не лишить свободы. Путь, как она сказала, выбран, чтобы следовать плану богини Ниоме для ее дочерей.
— Кого ты думаешь обмануть, Ассанка: меня, Матассаю, саму Ниоме? Неважно, ты выбрала свой путь, а я – свой.
После этого Валира ушла.
Хассика и стражники ушли вскоре после Валиры, и Ассанка осталась наедине с Атеей и Дениссой.
— Атея, я не жрица и не советчик по придворному этикету. Я воин, как Робан.
— Ты имеешь в виду Робана, моего брата, сына Ниоме, которого ты только что забрала у меня, чтобы заточить в камеру, охраняемую амазонками, которыми ты командуешь?
Ассанка заметно вздрогнула. - У Ниоме нет сына! Ни у одной амазонки не может быть брата или сына, как же наша Богиня? Мы следуем ее собственным ритуалам, как учила нас Богиня. Первый из этих ритуалов сделает тебя амазонкой племени в следующее полнолуние. До ритуала зрелости мы все были просто девочками, но мы стали амазонками, как станешь и ты, и тогда ты все поймешь.
— Ты лжешь, и у тебя это не очень хорошо получается. Хочешь использовать обещание, которое тебе никогда не давали, чтобы претендовать на приз, который тебе никогда не предназначался.
— Я использую возможность, и кто скажет, что она не предназначалась мне? Ты здесь, а не в Кургате, исполняешь пророчество нашей Богини. Ты не останешься девственницей навсегда. Уверена, ты и сама этого не хочешь. Значит, приз будет взят. Почему бы не я? Мы будем сестрами, амазонками, дочерьми одной матери. Мы можем дать тебе все, Атея. Ты будешь нашей Матассаей, как и хотела твоя мать, наша Богиня. Твое удовольствие будет нашим, и я обещаю тебе много удовольствия. Неужели это действительно звучит так плохо? - Ассанка улыбнулась ей.
— Что ты можешь знать о моем удовольствии, о том, чего я хочу? - спросила Атея.
— Я знаю, что девушка рядом с тобой – твоя любовница. Мы можем дать тебе гораздо больше, чем она, и тебе не придется делиться с отвратительной свиньей!
— Эй, у меня тоже есть чувства! Это было некрасиво. – Денисса надулась.
— Раз уж ты заговорила о моем брате, да еще с таким обожанием, какие у тебя планы на него? - спросила Атея, улыбаясь.
— Он не важен. Мы можем поступить с ним так, как учила нас Богиня. Но если он действительно так много значит для тебя, может быть, мы даже отпустим его. Робан мог бы следовать своей судьбе и стать вождем Норгара. Мы сделаем это для тебя, Атея. Но подумай хорошенько. Ты станешь одной из нас, а он – мужчина, заклятый враг всех амазонок. Став вождем Норгара, он воссоединит кланы Норгара и возглавит самую могущественную силу на Калмире. Ты действительно этого хочешь?
— Ты дала мне много поводов для размышлений. Мне понадобится время, чтобы сделать это. Но я обещаю, что ты будешь одной из первых, кто узнает о моих решениях.
— Я оставлю тебя, чтобы ты все обдумала.
Денисса смотрела на Атею с тех пор, как Ассанка ушла, но Атея никак не реагировала и, казалось, была далеко в своих мыслях.
— Тебе не удастся обмануть меня, Атея; я ни на секунду не поверю, что ты позволишь Ассанке лишить тебя девственности.
Атея надула щёки. - Конечно, нет.
— Если это не так, то о чем ты так напряженно думаешь все это время?
Клизма во сне