заметили. Яне не произнесла ни одного слова в возражение против объяснений Атеи.
На этот раз молчание снова нарушила Нигулла.
— Принцесса Яне, что это значит для нас, жриц Кеиргонны? - Умоляюще спросила она с явным замешательством.
— Это значит, что даже рабыня может бороться со своей судьбой, - укоризненно ответила Яне, прежде чем зашагать к выходу из шатра, где она повернулась и обратилась к оставшейся группе. - Это собрание закончилось. Мне пришлось наблюдать за этой мерзостью достаточно долго, чтобы продержаться до конца вечности. Хватит уже таращиться и уходим! - нетерпеливо потребовала Яне.
— Это звучало подозрительно похоже на приказ моей новой рабыни, - ворчал Робан, вставая, увлекая хихикающую Атею за собой к выходу. Остальные члены их группы последовали за ним, но выглядели такими же оцепеневшими и растерянными, как и мантакинцы, наблюдавшие за их уходом.
Казалось, поглощенные собственными мыслями, никто не заговорил, пока они не достигли своего сопровождающего, ожидающего их у подножия холма.
— Может ли кто-нибудь объяснить мне, что только что произошло и что это значит для нас? - спросила Сахейн, обращаясь к Синхейд, Гиллин и Барену Монгелю.
— Я думаю, что для нас фактически ничего не изменилось. Мы все еще находимся в состоянии войны с Империей Мантакина. .. и с Туларкисом! Я чуть не забыла об Артеосе и короле Мальрике. - Синхейд ответила все еще немного озадаченно.
— Я согласна. Думаю, Мантакин уже не так любят Яне, как в начале нашей встречи. Может быть, они даже отменят все, что сделали с Артеосом. - Размышлял Барен. - Чего я не понимаю, если это было то, чего хотела добиться Яне, то почему она просто не сказала об этом заранее. Какой смысл был в этой встрече, кроме как позлить Императора. С другой стороны, должен признать, что и для меня это был бы достаточный повод. - Он закончил, ухмыляясь.
— Кажется, мы все согласны в том, что это означает для нас и нашей войны против Мантакина; ничего нового на этот счет. Моя проблема в том, что я не могу расшифровать, какая мотивация была у Яне, чтобы действовать таким образом. Я думаю, она всех обманула. Она никогда не собиралась помогать нам закончить войну. Я даже не верю, что такой вариант существует. По крайней мере, если то, что она рассказала нам о своих способностях и планах Дархунтиса стать бессмертным, правда. Я не могу понять всех этих скрытых планов и мотиваций. Иметь дело с бессмертными ужасно запутанно и утомительно. - Гиллин вздохнула.
— Может, попросить нашего Верховного Покровителя о разъяснениях? - спросила Сахейн.
Она не заметила, что упомянутый Верховный Протектор тем временем стояла, ухмыляясь, позади нее.
— Мы с братом уже вчера за вечерней трапезой решили, что не примем никакого мирного договора. Мы присоединились к этой встрече, чтобы собрать информацию, и мы это сделали. Осталось еще много открытых вопросов, но на некоторые из них были получены ответы. Во-первых, теперь мы знаем, почему мантакинцы вторгаются в Вернию и что они хотят здесь сделать; во-вторых, разве вы не задавались вопросом, почему кто-то вроде принцессы согласился стать спутником императора Даркунтиса; в-третьих, мы знаем, что в наших руках главная цель похода императора; наконец, и, может быть, самая удивительная новость – мой брат может кое-что выяснить раньше других. Нужна лишь правильная мотивация, и его мозги могут пригодиться, - сладко улыбаясь, сказала им Атея.
— На случай, если вы думаете обо мне, как о главной цели, лучше забудьте о своем бредовом умозаключении. Ты ничего не держишь в руках! Я предпочту стать рабом Даркунтиса, чем стать
Бойся своих желаний...