у нее начинается приступ паники. Всего неделю назад ее жизнь была такой простой, дерьмовой, но простой. Сегодня она уже не знала, кто она такая.
Ей нужна была основа, с чего начать, фундаментальная правда о ее существовании. Даже простые факты были бы хорошим началом. Ей нужно было успокоиться. Несколько простых фактов, да, это хорошо, простота – это хорошо! Она хотела, нет, она нуждалась в простоте. Она была Атеей, дочерью Дареи и Магона. Вот и все, простое и приятное начало. Никаких сомнений, только факты. Ладно, она никогда не встречалась с отцом, но мать сказала ей его имя. Боги, ей просто хотелось начать с чего-то простого. Успокойся, Атея, просто дыши медленно. Почему она вдруг засомневалась в личности своего отца? Что дальше? Станет ли она сомневаться в личности своей матери? Только не паникуй, Атея. Что с ней было не так? Денисса была права, ее разум помутился! Нужна была небольшая поддержка. Легко!
— Робан, я просто думала об отце. Ну, ты же знаешь, он умер до моего рождения, так что я думала не совсем о нем, скорее о том, что у меня есть отец... э-э-э... Я имею в виду (черт возьми, успокойся ты, болван, дыхание Атеи!)... его звали Магон, верно? Это прозвучало так же безумно, как и то, что она чувствовала сейчас.
— Он был твоим отцом так же, как и моим, Атея, - ответил Робан, с любопытством оглядывая ее.
— О, да, извини, конечно, он был нашим отцом. Какое облегчение, не правда ли? Ааа, то есть... не обращай внимания.
Отлично, Атея, просто отлично! Теперь они оба смотрят на тебя так, будто ты сошла с ума. В следующий раз, когда ты откроешь рот, они будут уверены в этом. Ты получила то, что хотела, ты услышала своего брата... хм. Почему он не ответил простым – да -. - Так же, как и мой - это ничего не значит, проклятый болван. Еще одна попытка.
— Робан, я знаю, что звучит немного безумно... Я просто... может, Денисса права, и у меня помутилось в голове. Но, пожалуйста, просто ответь «да» или «нет». Я дочь Дареи и Магона, верно?
— Прости, Атея, я не могу этого сделать, потому что ответ не так прост. - На этот раз Робан не отвернулся.
— И, конечно, ты не хочешь мне его объяснить. Сделай одолжение, в следующий раз просто солги.
— Извини, но я тоже не могу этого сделать.
— Робан, ты мой брат?
— Да.
Что ж, вернемся к основам. Она была Атеей, а Робан – ее братом.
Атея и Денисса готовили ужин на костре. Робан был у небольшого ручья неподалеку, ухаживая за лошадьми.
— Ты же не собираешься повторить этот опыт? - спросила Денисса.
— Что именно? - невинно ответила Атея.
— Ты прекрасно понимаешь, о чем я! Слушай, лично мне на самом деле все равно, и я бы никогда ничего не сказала, но после того, что случилось сегодня утром... Атея, я твой друг, надеюсь, ты это знаешь, так что, пожалуйста, выслушай меня, прежде чем взорвешься. Ты знаешь, что сказали бы об этом жрецы Гании. У меня никогда не было повода задуматься об этом, но после сегодняшнего утра я это сделала. Может, они правы и тебе не суждено так поступить со своим братом. - Денисса осторожно сказала.
— Жрецы Гании, Великой Матери, ты имеешь в виду? - спросила Атея.
Денисса кивнула.
— Значит, ты считаешь, что мой утренний визит в страну нигде был знаком Великой Матери, говорящим мне, что я не должна делать непотребные вещи со своим братом?
Сказки Семирамиды