конфликты, которые возникали у нас с Эллисон, были связаны с воспитанием детей. Я не уверен, что это было - может быть, это был просто зеленоглазый монстр ревности, - но у Эллисон были плохие отношения с Эмбер. Она была чрезмерно строга с Эмбер, а иногда и жестока в своих комментариях. У меня было несколько ссор с Эллисон прямо на глазах у Эмбер, когда Эллисон плохо с ней обращалась, потому что я просто не мог этого вынести.
К тому времени, когда Эмбер исполнилось двенадцать, дошло до того, что Эмбер никогда никуда не пошла бы со своей матерью, если бы я тоже не пошел с ней. Это стало настоящей проблемой, когда однажды летом Эллисон захотела отвезти детей на неделю в домик у озера, который снимала ее семья, когда мне нужно было работать. Мне потребовалась вся сила убеждения, которая у меня была, чтобы уговорить Эмбер поехать с ними, и настоящая конфронтация с Эллисон, чтобы убедиться, что она будет приятна Эмбер в поездке.
Хотя Эллисон было лучше с Уитни и Джерри, чем с Эмбер, у нее тоже были с ними свои моменты. Кроме того, несмотря на то, что Эллисон была мамой-домоседкой, я, вероятно, проводил с детьми столько же времени, сколько и она, поскольку у нее, казалось, всегда было то или иное мероприятие, на которое нужно было пойти, и время, которое я проводил с ними, обычно было гораздо качественнее.
Итак, теперь, прожив в браке около пятнадцати лет, имея троих замечательных детей, жену, которую я нежно любил и с которой наслаждался сексом, хотя у нас и не было "идеального" брака, я ехал домой из аэропорта после однодневной деловой поездки. Было около часу дня. Несмотря на то, что я рассказал Эллисон о своем полном маршруте, основываясь на моем телефонном звонке семье прошлой ночью, она, как обычно, не обратила на это никакого внимания, поэтому я не знал, будет ли она дома, чтобы поприветствовать меня, или нет. Если так, то я надеялся на какое-нибудь "послеобеденное наслаждение" в виде траха сисек до того, как дети вернутся домой из школы около 15:30.
Я стоял у знака "Стоп", собираясь повернуть направо на сквозную улицу, на которой я живу, когда мимо проехала знакомая машина. Это был характерный красный "Корвет" Роджера Мейберри. Верх был опущен, и его было хорошо видно на водительском сиденье, когда он крутил ручку радиоприемника, а из его изготовленных на заказ динамиков доносились мелодии.
Роджер Мэйберри был одним из лучших специалистов по продажам в одной из моих корпораций, занимавшейся в основном военными продажами. Он настолько хорошо разбирался в нашей технологии, насколько можно было ожидать от любого не инженера, и легко общался с людьми. Как практически у всех наших сотрудников, у него был высший уровень допуска к секретной информации, и даже выше, чем у большинства, потому что военное применение наших технологий было еще более секретным, чем у любых других.
— Что Роджер делает здесь в это время дня? - наивно спрашивал я себя. Поскольку улица, на которой я живу, является сквозной, я даже не учел тот факт, что он мог быть у моего дома, примерно в двух кварталах отсюда. Мне просто стало интересно, какое деловое событие могло привести его в этот конец города.
Примерно через минуту я въехал на подъездную дорожку, вошел в дом и, не увидев Эллисон, поднялся по претенциозной винтовой лестнице, которую Эллисон любила и которая "должна была быть", на второй этаж. Мои туфли на мраморном полу нашего коридора издавали характерное "хлоп, хлоп", когда я приближался к открытой
После гулянки