У Москвича потемнело в глазах от невозможности всего происходящего. Кроха был умнейшим пацаном на малолетке! Его изворотливости и острословию завидовали все! Он отлично знал кому, что и когда можно говорить, а за какие слова можно и получить в бубен. И уж точно он никогда бы и ни при каких обстоятельствах не обронил бы это слово – «спасибо». На малолетке так не выражались. Потому что «за спасибо – ебут красиво», и это вдалбливают с первого же дня. Можно сказать: благодарю, но спасибо – никогда. И тут такое...
Демона тоже можно было понять. У него сработал инстинкт. Он среагировал моментально – хлестнул незадачливого пажа коротким и несильным, как ему казалось, электрическим разрядом – вольт в триста восемьдесят, не более. Но Крохе бы и этого хватило за глаза. Убило бы Кроху на месте такое напряжение. Если бы не Стеша. И как ни скор на расправу был демон, но светлая волшебница оказалась быстрее. Она словно бы испарилась на месте, а Крохе на руки прыгнула уже проворная рыжая лисица, заслоняя его своим телом и принимая на себя разряд тока.
Кроху, конечно, тоже тряхнуло знатно. Он повалился на пол, завизжав как заяц, но остался жив, и даже не потерял сознания. А вот рыжая лисица свалилась с его груди замертво.
В невероятной, неземной, нездешней тишине зала был слышен последний стук её маленького сердечка. А дальше – запредельная, смертельная тишь.
Светлые вскочили разом. Тут же сориентировались, сообразили, что и как надо делать, и рванулись к своей предводительнице, упав вокруг неё на колени, и образуя круг. А первой в ладоши ударила сама Лилит, и её хлопок сорвал пламя со всех свечей вокруг метров на десять, и оглушил весь стол президиума. Да и у прочих барышень во всём зале заложило уши. Но главное было сделано – светлые подхватили этот ритм, и третий-четвёртый удары воскрешающих аплодисментов звучали уже овацией. В ладоши хлопали уже все, даже тёмные, переглядываясь в немом восхищении подвигом Стефании.
По телу рыжей лисицы пробежала судорога, она вздохнула и, оживая, заморгала хитрыми глазками.
— Я извиняюсь, - хрипло сказал демон, вставая, и подходя к уже вернувшейся в свой человеческий облик, волшебнице.
Стеша была очень бледна, на лбу её выступили крупные капли пота, губы совсем посерели, а глаза, напротив, потемнели от микрокровоизлияния, - настолько мощные вихревые потоки энергии бурлили сейчас в её оживавшем теле. Она поднялась, держась за руку Крохи, быстро привела себя в порядок, и, словно стряхивая с себя внезапно одолевшую её слабость, неловко улыбнулась, словно бы говоря всем: спасибо, но не стоило обо мне так беспокоиться... Право слово, со мной всё хорошо, всё в порядке...
Милфа лишь отчаянно покачала головой.
— Экзамен сдан на отлично, высший бал по всем дисциплинам, ковен ходатайствует о присвоении Стефании Новоторовой, светлой Ведьме этого года, звании Статс-Дамы ордена Золотого Единорога! – торжественно объявила Елизавета Александровна.
А Екатерина под грохот аплодисментов и крики браво, тихо, но ядовито сказала Стеше:
— У тебя ничего не получится, милая!
— Уже получилось, великая! – ответила Стеша, лучезарно улыбаясь ей в ответ.
Третьей барышней сдающей выпускной экзамен в этом году должна была быть Илона-Святоша, но... Теперь, когда тема экзамена была раскрыта, все прекрасно поняли, что Илоне ничего не светит. Она полностью провалила выпускное задание – Славик не испытывал к ней никаких чувств, кроме страха и ненависти. А с такими результатами нечего было и позориться перед экзаменационной комиссией и тем более Высокими Гостями. Вот Святоша и не позорилась, а скромно подала прошение сдать выпускной в следующем году. Ведьминский
ПОПАЛА? ЗАПИСКИ ПРОСТИТУТКИ. ЧАСТЬ 10.