совершенно серьезно поинтересовался я. - Снять гостиничный номер была не судьба?
— Ну, мне была важна атмосфера и осознание того, что это у меня дома. А еще - адреналин быть пойманной, - объяснила дочь.
— Опыт, я гляжу, удался, - иронично заметил я. - Похоже, бл@дство у нас с тобой в крови!
— Капеец, - вздохнула Инна и внезапно, возможно, даже для самой себя призналась. - Мне вообще частенько хочется чего-нибудь предосудительного такого сделать. Чтобы вихрь эмоций!
— Нууу, - протянул я, не зная, как отреагировать. - Неужели тебе за все эти годы не встретился ни один парень, разделяющий твои желания?
— Из тех, кого бы мне захотелось по-настоящему, нет, - сказала она.
— Видимо, у тебя прямо какие-то экстремальные желания, - покачал я головой.
— На вкус твоей бывшей жены? - подколола меня девушка. - Или на твой?
— О первом и говорить нечего! - отмахнулся я, и сделал большой глоток сладковато-горького кофе. - Про себя не скажу. Я же не знаю всего?
— А хочешь? - глаза у дочки кокетливо блеснули.
— Мне было бы интересно узнать, - честно признался я.
ххх 4 ххх
Мы проговорили еще по одной чашке кофе, бутерброды с бужениной, компактную коробку шоколадных конфет, плавно перейдя к вину с миниатюрной головкой Камамбера.
Все, о чем мне рассказала Инна, было вполне стандартным набором того, о чем я уже успел забыть. Я поведал ей немного о своем опыте в подобных делах, дав несколько советов на будущее. Она внимательно меня выслушала, и я видел, что ей это действительно интересно.
Вместе с темно-красным напитком, мы перешли ко второй части ее фантазий, отличавшихся большей эпатажностью.
— Хочу, чтобы меня долго растирали маслом на пляже. А затем невзначай проникли двумя пальцами в трусики и сделали внутренний массаж, - рассказала Инна, даже не смутившись.
Я представил, как это могло выглядеть, и слегка возбудился.
— Еще, - продолжила она, - мне хотелось бы заняться громким сексом в каком-нибудь заброшенном здании. И, желательно, чтобы там была охрана или что-то вроде этого, - девушка посмотрела мне в глаза и поняла, что я возбужден. - Все это можно сделать, найдя подходящего человека, - объяснила она. - Но есть одна вещь, которую уже не выйдет осуществить... - Инна сделал паузу, желая, чтобы я задал наводящий вопрос, и я не стал тянуть с ним:
— Какая вещь?
— Когда мне было девятнадцать, я хотела совратить брата, - и прыснула смехом. - Но он оказался таким занудой!
— Ах, вот, почему он на тебя волком тогда смотрел несколько месяцев! - поддержал я ее веселье. - Так ведь ему тогда всего четырнадцать было!
— В том-то и фишка, - подмигнула мне дочь.
— Ну, ты оторва! - не без восхищения признал я. - Опасная женщина! Встреть я такую лет пятнадцать назад...
— А что тебе мешает сейчас? - при этих словах в глазах Инны появилось какое-то особенное выражение, от которого даже я, видавший виды развратник, слегка опешил:
— В каком это смысле, сейчас?.. - едва не поперхнулся я, уже догадавшись, куда клонится беседа, но не веря самому себе.
— В прямом! - кивнула дочь, поняв, что я верно уловил суть. - Это и будет нечто ОЧЕНЬ предосудительное. Разве нет?
— Да это будет пи@дец! - выпалил я, осознавая, тем не менее, что возбужден сверх всякой меры от ее живописаний, и, поймав себя на мысли, что представлял в этих сценах именно свою дочь; а кто был на месте ее партнера?..
Проклятье, язык у меня не поворачивался сказать ей категорическое "нет", с другой стороны, все же понимал, что