в белую простыню и с баночной масла для массажа в руке. Свои длинные светло-русые волосы она собрала в плотный пучок. Дочь застыла на входе, глядя на меня. Я смотрел на нее.
— Проходите, ложитесь, - я приглашающим жестом указал на массажный стол. - Начнем со спины.
Она молча подчинилась. Мелькнув на мгновение передо мной обнаженным телом, улеглась грудью на стол, прикрыв белым ноги и поясницу. По ее замыслу, мы поставили ложе так, чтобы я мог делать массаж, стоя лицом к окну, не загораживая пикантности происходящего от зрителей.
Щедро смазав руки маслом, я растер Инне плечи, спустился ниже, на лопатки, стараясь делать все, как можно более правдоподбно. И, судя, по тому, как она расслабилась, и какие звуки издавала, у меня это получалось.
Дойдя таким образом до поясницы, я опустил простыню до коленных сгибов, обнажая упуругие ягодицы и бедра. Дочь задышала немного чаще и начала немного подрагивать, когда мои пальцы, массировавшие внутреннюю сторону ее бедер, оказались в непосредственной близости от промежности. Но я не стал делать этого сейчас.
— Я уже вся теку, - прошептала она. - Как там, кто-нибудь смотрит?
Я посмотрел в окно, не прекращая манипуляций руками.
— Из того, что мне видно, нет, - ответил я, спустя некоторое время. - Но верхние этажи с моего места не просматриваются. Ты можешь перевернуться на спину и тоже посмотреть, - предложил я.
Вместо этого дочь спрыгнула со стола на пол и подошла к окну, вглядываясь вдаль.
— Кажется, я одного вспугнула, - улыбнулась она, ложась на спину. - Но он скоро вернется.
Я укрыл ее простыней до пояса. И продолжил свое дело. Массируя плечи и верх груди, я намеренно положил свой член на кушетку так, что он оказался в непосредственной близости от лица Инны.
— И долго еще будет продолжаться это вступление? - не терпеливо спросила она, поворачивая ко мне голову, чуть не задев носом открывшуюся головку.
Она попыталась взять ее в рот, но я отстранился.
— Пока не заполнится зал, - объяснил я. - Ты ведь этого хотела? Так, что расслабься и получай удовольствие.
Дочь шутливо поморщилась и, растягивая слова, заныла:
— Ну, чуть-чуть, ну, пожаалуйста!
Я рассмеялся:
— Не терпится попробовать его на вкус?
— Да! Да! - закивала она.
Тогда я подтянул ее вверх так, что голова Инны свесилась вниз со стола, а сам встал напротив. Член оказался как раз на высоте ее рта, который тут же открылся.
— Не так, - игриво покачал я пальцем. - Член нужно залсужить!
— Как? - давясь от возбуждения, простонала дочь.
— Руки по швам! - приказал я. - И пока только лизать.
Я подался вперед, массируя плотные маленькие грудки, а дочь высунула язык, по которому заскользил член. Она облизывала его весь - от головки до мошонки, когда я был занят с ее грудью и животом. Пока мы так делали, я успел выглянуть в окно. В двух окнах дома напротив, не скрываясь, маячили типы с биноклями.
— Ммм, - довольно хмыкнул я. - В нашем полку прибыло! Покажем им что-то еще? - в ответ Инна только промычала, не отрываясь языком от члена.
Я выпрямился и рукой наклонил не покорный член вниз так, чтобы головка оказалась у дочери во рту. Она жадно обхватила ее губами и даже замычала от удовольствия. Дав ей немного поиграть с ним, я достал член, похлопал им девушке по губам.
— Лижи! - сказал и снова опустил член, но так, чтобы язык Инны дотягивался только до головки.
Она тут же принялась ублажать меня языком. А я следил, глядя сверху вниз, как дочь, закрыв глаза, получает удовольствие.
Секс в Советском Союзе был!