совершённых членами этой семьи в самом начале роковой цепочки, оказался инцест, вследствие которого на свет появился младенец с уродствами.
До того дня Лира, конечно, знала, что кровосмешение недопустимо, но никогда не слышала слова, которым его обозначают. Эта тема неожиданно взволновала её, однако читать дальше ей стало скучно и неинтересно. Да и, честно говоря, неприятно. Поэтому она вернула книгу на полку, а взяла оттуда по томику старых добрых Дюма и Брэдбери.
Чтобы было удобнее читать, она расстелила на койке старый матрас, принесла не слишком засаленную подушку и с ногами забралась на обустроенную лежанку. В течение получаса девушка перечитала наиболее полюбившиеся ей места знакомых произведений.
Затем, сладко потянувшись, Лира вновь подошла к книжному стеллажу. Она хотела выбрать ещё что-нибудь из нового для себя. Под руку попались «5 минут тишины» Владимира Войновича. Сам факт присутствия в лагерной библиотеке произведения этого писателя её несколько озадачил. Ведь автор известен своей острой сатирой с элементами чёрного юмора и едким сарказмом в отношении советской действительности.
Сунув книгу под мышку, взыскательная читательница решила подобрать ещё что-то, на случай если репертуар бунтаря-антисоветчика не покажется ей привлекательным. Она подержала в руках ещё с пяток изданий и остановила свой выбор на романе «120 дней Содома» работы никогда ранее не читанного ею автора с французской фамилией.
Наивная старшеклассница рассчитывала найти в его творчестве таинственные и захватывающие приключения в духе Жюля Верна, а потому решила начать именно с этой книги. Однако в этот момент на весь лагерь голосом старшей вожатой завопили здоровенные серые, похожие на колокол, громкоговорители:
— Внимание! Всем старшим отрядам срочно прибыть на построение к корпусу начальника лагеря!.. Повторяю!.. Всем старшим отрядам...
«...начальника лагеря.... ..начальника лагеря...» - эхо ещё несколько раз разнесло по округе конец громогласной фразы. Делать нечего – придётся идти! А не то потом ведь не оберёшься...
Лира не решилась брать с собой отобранные ею книги, справедливо опасаясь насмешек со стороны соседок по комнате. Она припрятала их под подушку прямо на койке, в надежде в скором времени сюда вернуться и продолжить чтение.
Дождавшись построения старших отрядов, лагерный «генсек» вышел и сел за приготовленный для него стол под открытым небом. Он без всяких долгих прелюдий объявил, что через три дня у них состоится игра «Зарница».
— Участие в ней для всех обязательное! Меня все слышали?! Обязательное!!! И в отведённое на подготовку время я попрошу вас оказать содействие нашим вожатым в инструктаже и обучении младших товарищей. Понятно?!
Он вещал голосом и интонациями настолько схожими со своим прототипом, некогда накормившим всех кукурузой и привнесшим в советскую действительность ту самую пресловутую оттепель, что Лира невольно хихикнула. И это не ускользнуло от его слуха.
— А что такого смешного я сказал?.. – требовательно спросил начальник, скривив вопросительную гримасу. – Чего смешного, я спрашиваю?!
Все замерли, боясь поднять взгляд и что-то ответить.
— Я к Вам обращаюсь!.. – с этими словами коренастый мужчина встал и, сунув руку в карман брюк, вальяжно подковылял прямо к Лире.
— Ничего смешного, Игорь Ильич! – отозвалась она, встав по струнке. – Это я от радости!
— Ах, от радости... Ну, что ж, от радости – это хорошо. От радости – это замечательно. Так держать!
Он похлопал девушку по плечу и продолжил для всех:
— В таком случае, я сейчас умножу эту вашу радость! Да-да! А вы как думали?.. Думали, я тут такой злой и суровый? А вот и нет! Потому что угадайте, у нас с вами сегодня вечером будет что?..
Все молчали, словно набрав в рот воды.
— Дискотека?.. – робко предположил кто-то из девиц.
Мы с Тамарой...