такая, может растрепать своим подругам. Я стал выжидать удобных моментов и в основном онанировал только в бане, когда шёл туда один мыться. Дел по дому стало меньше, и родители устроили ремонт, там побелка и мытьё всех уголков, где за год скапливалась куча пыли. Мы с сестрой помогали им и перетаскивали вещи с одного места на другое, а потом обратно. Так продолжалось около недели. Всё что было ненужно, мы выносили в чулан и вот среди всего этого я увидел авоську, в которой было полно носков – правда старых, изношенных и рваных. Что меня заставило обратить на них внимание, я даже не знаю, но я вытащил один носок и положил его себе в карман. А вечером, когда мы все улеглись спать. Забыл сказать, что как только брат уехал в город, мы в комнате остались с сестрой вдвоём. В дальнем углу у неё была своя кровать, а возле двери наша с братом и теперь на ней я спал один. А между кроватями стоял шкаф – он и служил как бы неполной перегородкой. Ну вот, дождавшись, когда сестра уснёт, я достал носок и одел его на возбуждённый член и стал дрочить так тихо и осторожно, чтоб никто не мог услышать. Появились новые ощущения и я почувствовал, что скоро кончу и усилил движения рукой. Струя спермы вылетела прямо в одетый носок и стала впитываться в его ткань. Выдавив остатки из мочевого канала, я ещё несколько минут лежал и не дышал почти. Потом осторожно снял мокрый носок и спрятал под матрац. Всё получилось и я был доволен. Простынь и плавки были спасены и совсем сухие. Утром я встал чуть раньше обычного и одевшись, побежал в туалет, предварительно захватив мокрый носок. Там я его и выбросил на самое дно. Теперь хоть и не каждый день, но как только я заходил за чем то в чулан, я всегда брал и прятал в кармане один старый носок и ночью наслаждался приятными ощущениями, когда моя сестра спала за шкафом и видела наверное уже десятый сон. С этим моим новшеством зима мне показалась не такой долгой и скучной. Мне не нужно было прятаться и таиться на холодном сеновале и тем более чердаке, а с наступлением весны я уже был как рыба в воде и как только просохли дороги, я уже колесил по ближайшим лесам и искал себе новые и необычные места. Мне уже было двадцать лет и позади два года отсрочки от армии. Меня снова пригласили на комиссию и увидев что ничего не изменилось, комиссовали от службы подчистую. В деревне иногда отзывались о таких кто не служил, называли их неполноценными и девченки как то сторонились и у меня по прежнему не было никого. Сестра же перешла в десятый и училась на отлично, в отличии от меня, хотя по возрасту нас разделяло всего четыре года.
Я часто исчезал из дома во время выходных и мне всегда вечером выговаривали за то что я не сделал то или это. Я весь вечер пахал как белка и старался успет, но не всегда всё получалось. Мопед у меня снова сломался, и починить его было просто некогда. Отец был до темна на уборке, а мама успевала делать заготовки на зиму после работы. Мы с сестрой помогали, как могли, и когда моя помощь была не нужна, я прятался на чердаке бани и отдавался своему увлечению.
В этот день было всё, как и всегда. Родители на работе, а мы были отданы