— Лили, ты вообще слушаешь? — Надя Мешан спросила свою юную ученицу.
— Да... я пытаюсь, — проворчала Лили, отпихивая чёрную кошку, которая щекотала её бёдра.
Надя расхаживала по кабинету, её пышное тело прикрыто лишь прозрачным зелёным халатом, распахнутым так, что её грудь и подтянутый живот были полностью обнажены, а недавно подстриженная лобковая область — открыта для взглядов слуг. Длинные каштановые волосы Нади всё ещё были влажными после ванны, и в оранжевом свете огня они казались смесью крови и лавы.
— Не позволяй Киске отвлекать тебя, Лили, — Надя погладила свою любимицу, когда та проскользнула мимо, мурлыча. — Я хочу, чтобы ты записала всё, что я скажу, пока у меня есть настроение. Обычно ведение записей меня до смерти раздражает, но этим летом у меня были продуктивные полевые исследования, и я хочу зафиксировать их для науки... и будущей прибыли.
— М-м, — Лили кивнула, делая вид, что слушает. Взглянув на полки, она поняла, что за последние годы Надя внесла мало вклада в настоящую науку или магию, что должно было бы шокировать, учитывая, что Надя, вероятно, самая могущественная колдунья в мире. Но Лили знала свою хозяйку слишком хорошо, чтобы удивляться. Надя была гедонисткой, эгоистичной, любвеобильной, эмоциональной, мстительной, похотливой и, возможно, злой. Её полки ломились от украденных сокровищ, секс-игрушек и дневников с записями о сексуальных подвигах, но ничего действительно научного.
— Мантикора — особая разновидность химеры, — начала диктовать Надя, и Лили принялась записывать. — У неё тело льва, хотя она гораздо сильнее обычного льва. Крылья летучей мыши, позволяющие летать почти так же быстро, как грифон. И хвост скорпиона — самая интересная часть.
Говоря это, Надя заскучала, но, желая закончить, развлекалась, сбрасывая халат и похаживая голой по комнате, надеясь поймать кого-то из слуг на подглядывании. Но было поздно, и единственной, кто не спал, была Лили, одетая лишь в обтягивающую майку и трусики. Надя вытащила худенькую девушку из постели, не дав ей одеться.
— Мантикора может контролировать силу своего яда. В ярости её яд способен убить дракона. В спокойном состоянии он превращается в мощный афродизиак с галлюциногенными свойствами. Этим летом мне посчастливилось встретить прекрасного самца мантикоры, члён которого был размером с лошадиный. Находясь в разгар брачного сезона, а моё тело было покрыто феромонами мантикоры, великолепный зверь не стал терять времени и взгромоздился на меня.
Лили поморщилась, осознав, что большая часть этого бестиария, вероятно, будет посвящена животным, монстрам и демонам, которые трахали Надю. Она ожидала этого. Надю не интересовало то, с чем нельзя было заняться сексом. Лили не считала себя лесбиянкой, но они с Надей боролись в постели уже не один десяток раз.
— У мантикоры член с узлом, поэтому, как только эта пульсирующая мышца вошла в меня, вытащить её обратно было невозможно, пока я не удовлетворила своего благородного зверя. Спаривание было жестоким и первобытным, эротичным настолько, что это шокирует современные вкусы. Зверь укусил меня за шею, достаточно сильно, чтобы пустить кровь, но не убить, и оставил глубокие царапины на спине и ягодицах, которые заживали несколько дней с помощью магии. Но, чёрт возьми, это было прекрасно. Зверь трахал меня с яростью, которую можно описать только как... дикую, и выбил из моей киски несколько истерических оргазмов, прежде чем кончить. Когда это случилось, в меня вылилось почти обжигающее ведро спермы, настолько много, что она вытекала густыми каплями. Сперма мантикоры была густой и липкой, как тесто для блинов, а её вкус — восхитительно пикантным и солёным, как бекон.
Лили скривилась. Надя действительно пробовала сперму мантикоры? Конечно, да. Такая
Осенняя ночь