Михаил улыбался, его взгляд скользил по моей фигуре, задерживаясь на груди, затем опускался ниже. Я почувствовала, как по телу разливается тепло, а щёки наливаются румянцем. Его рука сжала моё плечо, и я невольно прикусила губу.
— Очень, — он провёл пальцем по моей шее, заставив меня вздрогнуть. — И как же я раньше её не замечал?
— Потому что её не было, — рассмеялась мама. — Вернее, была, но... в другом обличье.
— Садись, завтрак не остыл, — мама кивнула на свободный стул, Михаил присел рядом, его бедро прижалось к моему. От него пахло чем-то мужским, резким и возбуждающим.
— Так значит, теперь у тебя две девочки в доме? — он обнял маму за талию, но смотрел на меня.
— Две, — подтвердила мама, целуя его в щёку. — Но одна пока ещё... неопытная.
— О-о, это мы быстро исправим, — он наклонился ко мне, и его губы почти коснулись моего уха. — Ты ведь хочешь, чтобы тебя научили, да, Викуся?
Я не знала, что ответить. Мой разум кричал, что всё это неправильно, что я должна испугаться, убежать... но тело реагировало иначе. Член напрягся в тесных трусиках, а между ног стало влажно.
— Она хочет, — ответила за меня мама. — Просто стесняется.
— Ничего, — Михаил откинулся на спинку стула, его рука легла мне на колено. — Мы её раскрепостим. Или ты ещё стесняешься после вчерашнего?
Я чуть не поперхнулась чаем. Мама подняла бровь, но ничего не сказала.
— Я... — мой голос дрогнул.
— Она ещё не привыкла к комплиментам, — мама вдруг встала и подошла ко мне, обняв за плечи. — Но скоро научится. Правда, Викуся?
Её пальцы лениво провели по моей шее, и я почувствовала, как мурашки побежали по спине.
— Да... — прошептала я.
— Тогда, может, покажешь нашему гостю, как ты благодарна за внимание? — мамины губы прикоснулись к моей щеке.
Я замерла. Она не могла это всерьёз предлагать... прямо здесь?
Но её взгляд говорил обратное.
А он... он уже отодвинул стул и сел напротив, ухмыляясь.
— Ну, Вика? — он раздвинул ноги. — Или тебе нужна помощь?
Мама мягко подтолкнула меня вперёд. Я медленно соскользнула со стула, чувствуя, как колени слегка дрожат. Халатик приоткрылся, обнажая зелёные трусики и тонкие бёдра. Мамин ухажер не сводил с меня глаз, его пальцы нетерпеливо барабанили по столу.
— Не бойся, солнышко, — мама погладила меня по голове, её ногти слегка царапали кожу. — Ты же уже пробовала... и тебе понравилось, да?
Я кивнула, не в силах вымолвить ни слова.
— Тогда покажи, какая ты умница.
Я опустилась перед ним на колени, ощущая холод кафеля под кожей. Его руки сразу же запутались в моих волосах, направляя меня ближе. Он был уже возбуждён, и от этого мой рот сам собой приоткрылся в ожидании.
— Ох, мамаша, — он хрипло рассмеялся, — ты воспитала настоящую шлю... прости, дочку.
Мама лишь улыбнулась и потягивала чай, наблюдая, как я робко беру его в рот.
— Да, Викуся, вот так... глубже, — она подбадривала меня, будто учила завязывать шнурки.
Я старалась, сглатывая слюну и чувствуя, как его пальцы сильнее впиваются в мои волосы. Он начал двигать бёдрами, и я закашлялась, но мама тут же приложила ладонь к моей щеке.
— Терпи, девочка. Хорошие дочки доводят дело до конца.
И я терпела.
Когда он кончил, я чуть не задохнулась, но мама быстро подставила ладонь, и я выплюнула всё туда.
— Молодец, — она утерла мои губы салфеткой, словно после завтрака. — Теперь можешь
Хмурый февраль (Части 5 - 7)