Категории: Измена | Свингеры
Добавлен: 11.08.2025 в 04:17
с тем, как он вошел в меня. Глубоко, резко, заполняя все пространство одним мощным движением. Я вскрикнула – не от боли, а от этой внезапной, всепоглощающей полноты.
— Да… вот так, – выдохнул Артём, прижимая меня к стене всем весом. Его бедра работали с животной силой, каждый толчок заставлял меня терять дыхание. Я закинула голову, цепляясь за его плечи. Мир сузился до этого человека, до его тела, до этого движения, которое выбивало мысли, оставляя только чистое, дикое чувство.
Из-под кровати доносилось учащенное, почти истеричное сопение. Сергей. Он слышал все. Слышал мой стон, когда Артём нашел внутри меня ту точку, от которой помутнело в глазах. Слышал влажный звук наших тел, сливающихся и разъединяющихся. Слышал хриплое дыхание Артёма у моего уха:
— Слышишь, Сереженька? – Артём укусил мочку уха, заставляя меня вздрогнуть и крепче вцепиться в него. Его движения стали еще жестче, глубже, нарочито громкими. – Слышишь, как твой подарок... принимают? В твой день? Как твоя жена кончает на чужом члене в твой медовый месяц?
Его слова, грязные и точные, словно удар тока прошли по мне. Я зажмурилась, чувствуя, как волна нарастает где-то в глубине живота, подпитываясь этой жестокой правдой – это был его день, его медовый месяц, его жена. Артём чувствовал это. Его пальцы впились в мои бедра, удерживая, направляя каждый толчок.
— Он же все видит, – прошептала я в губы Артёму, глядя поверх его плеча в щель под кроватью, где мелькал мокрый, широко открытый глаз. – Видит..
— Видит, – подтвердил Артём с дикой ухмылкой, ускоряясь, доводя меня до края. – Пусть видит. Пусть запомнит свой лучший подарок.
Его последние слова слились с моим криком, который сорвался непроизвольно, дико, когда волна наконец накрыла с головой, сотрясая все тело в конвульсиях наслаждения, смешанного с осознанием чудовищного унижения мужа, сдавленно хлюпавшего и плакавшего под кроватью в его собственный день рождения. Артём глухо застонал, впиваясь в меня до конца, его тело напряглось в последнем, мощном толчке. Тишину нарушало только наше тяжелое дыхание... и жалкое, всхлипывающее сопение из-под кровати.
Скрип пружин умолк. Только тяжелое, влажное дыхание Сергея из-под кровати резало тишину. Артём, все еще прижимая меня к прохладной стене своим горячим телом, медленно выскользнул из меня. Его пальцы провели по моему бедру, оставляя липкую дорожку.
— Ну что, именинник? – Артём хрипло кашлянул, отходя на шаг. Он потянулся, мышцы спины играли под кожей. – Вылезай. Подарок еще не до конца распакован.
Под кроватью зашуршало. Сергей выполз медленно, как большая, прибитая собака. Он не поднимал глаз. Его лицо было мокрым от слез и соплей, волосы слиплись на лбу. Он стоял на коленях, глядя в мраморный пол, где на бледном камне резко выделялись капли – мои, Артёма, его слюны.
— Вот, – Артём указал пальцем на самое заметное пятно, блестящее под лунным светом. – Наведи чистоту, Сереженька. Как ты любишь. Как просил.
Сергей вздрогнул всем телом. Его плечи затряслись. Но он не спорил. Не просил. Он просто наклонился, уткнувшись лицом в холодный камень. Я видела, как напряглась его шея, как сжались кулаки. Его язык, розовый и жалкий, высунулся и коснулся пятна. Он застонал – тихий, сдавленный звук, похожий на рыдание. Но язык двигался. Вылизывал. Тщательно, методично, с каким-то извращенным усердием, словто это было священнодействие. Он переползал от одного пятна к другому, его слюна смешивалась с нашими следами, растекаясь по полу. Отвращение подкатило к горлу, но вместе с ним – странное, темное возбуждение от этой картины. От его абсолютного подчинения. От того, как его спина выгибалась в немом
21 и в первый раз.Наши отношения начались с этого.Часть 1.