в руках, и разглядывала своё лицо в полированном кругляше какого-то светлого металла. Полюбовавшись отражением, юная воительница неверяще посмотрела сначала на Риану, а затем на меня. Последнее, что я увидел перед тем, как потерять сознание ещё раз, были два больших блюдца голубых глаз, из которых по молодой румяной коже пухлых щёк крупными каплями стекали слёзы.
Джим и Симон