— Игорь, дружище, привет. — Михаил Петрович невольно выпрямился в кресле. — У меня к тебе деловое предложение.
— Я весь внимание. — В голосе Игоря появился интерес.
— Помнишь у меня 4 мая день рождения, и ты как-то просил познакомить тебя с моей... особенной ученицей?
— О-о-о, — в трубке послышался звук передвигаемого кресла. — Неужели настало время?
— Почти. — Михаил Петрович провёл рукой по подбородку, ощущая лёгкую щетину. — Сможешь организовать загородный дом? Тот, что с бильярдной сауной, и большой спальней?
— Вопросов нет. — Игорь явно улыбался. — А что насчёт... программы вечера? Нужно что-то особенное подготовить?
— Организуй дом, а остальное не твоя забота, — Михаил Петрович усмехнулся, наблюдая, как Катя на экране кусает губу.
Повесив трубку, он положил ладонь на вздымающуюся ширинку член был уже камерный, но тут же убрал руку:
"Зачем торопиться, когда скоро будет настоящая, горячая киска... Да и не только..."
Его пальцы снова сомкнулись на пульте. На экране Катя вздрогнула всем телом, когда вибратор внутри неё резко усилил вибрацию. Михаил Петрович наблюдал, как её губы, сложились в беззвучный стон, а пальцы вцепились в край парты.
Последний звонок прозвенел, но Катя не спешила вставать. Её бёдра дрожали, а под юбкой было так мокро, что пришлось незаметно вытереть стул салфетками.
— Ты в порядке? — одноклассница наклонилась к ней. — Ты вся красная...
— Да... просто жарко, — Катя прикусила губу, чувствуя, как вибратор внутри снова оживает.
Михаил Петрович не выключал его с химии. Сначала он довёл её до тихого оргазма во время контрольной — она сжала кулаки так, что остались следы от ногтей на ладонях. Потом, на физре, заставил кончить снова, когда она переодевалась в раздевалке. А теперь...
Телефон вибрировал в кармане:
"Не забыла о встрече?"
Катя глубоко вдохнула. Соски горели под зажимами, а между ног пульсировало от каждого шага. Она написала маме:
"Задержусь, проект доделываем."
Ложь выходила легко, она за время всего этого уже прывикла часто врать маме.
Тропинка к беседке петляла между деревьями, и людей в парке было не много, что ее несомненно радовало. Каждый шаг отзывался новой волной удовольствия — вибратор работал на средней мощности, сводя с ума своей монотонностью.
— Наконец-то, — его голос из беседки.
Михаил Петрович сидел на скамье, расставив ноги. Взгляд скользнул по её фигуре:
Взъерошенные волосы, распухшие от зажимов соски, отчётливо видные под блузкой, так как красная плотная блузка уже не скрывала соски как это было утром.
— Сколько раз кончила? — спросил он прямо.
— Ч-четыре... — Катя опустила глаза.
— Ну для первого дня сойдёт.
Он резко увеличил мощность вибратора через приложение. Катя вскрикнула, хватаясь за его плечи.
— Ты ведь любишь сюрпризы, Катенька?
Его голос звучал низко, почти ласково, но в глазах читалась опасная игра. Катя, всё ещё дрожащая от вибраций внутри, сглотнула и кивнула:
— Д-да...
Он резко обхватил её за тонкую талию и посадил на край стола в беседке. Дерево было холодным даже сквозь юбку, но Катя вскрикнула не от этого — зажимы на сосках дернулись, сжав воспалённую кожу ещё сильнее.
— А-ай!..
— Тише, — он приложил палец к её губам, заставляя замолчать. — Будешь громкой— придут люди. Хочешь, чтобы тебя увидели такой?
Катя покачала головой, но её глаза блестели — от боли, и возбуждения.
— М-можно... вас попросить... снять их? — она робко дотронулась до блузки, где под тканью угадывались очертания зажимов.
Михаил Петрович замер, изучая её лицо. Потом медленно, словно наслаждаясь моментом, начал расстёгивать пуговицы одну за другой.
— Какие же они красные... — прошептал он, наблюдая, как её грудь вздымается от частого дыхания.
Зажимы действительно оставили яркие следы — кожа вокруг