что изменило все. Она опустилась в траву на четвереньки, чтобы прополоть в цветах ручной тяпкой. Ее большая, сочная задница была направлена прямо туда, где стоял ее сын, а подол футболки поднимался, над ее огромными щеками задницы, обнажая ее волосатую промежность.
На маме явно не было трусиков, но с отсутствием рядом домов и высокому забору окружающему весь участок дома, она могла бы ходить вообще голой, если бы захотела, её все-равно бы никто не увидел, из соседей.
С бешено колотящимся сердцем Сергей не удержался, чтобы не залезть рукой в свои джинсы, чтобы обхватить рукой ствол своего члена и погладить его. Это был умопомрачительный новый взгляд на его симпатичную мать, и он поймал себя на том, что жалеет, что не стоит на коленях позади и не дает каждый сантиметр своего ноющего члена ее обнаженной киске. Он мог представить себя внутри более похотливого сладострастного тела его матери.
Сергей стоял у калитки, поглаживая свой член, под джинсами, наслаждаясь широко открытыми глазами задницы и волосатого влагалища своей матери. Он всегда очень хорошо осознавал роскошное тело и привлекательную внешность своей матери, но никогда не представлял, что будет испытывать такое отчаянное желание просто вонзить свой возбужденный член глубоко в её влагалище. Вскоре он спустил свои джинсы ниже яиц, чтобы он мог открыто дрочить свой член. Дополнительное облегчение заставило его вздохнуть от удовольствия, когда он видел этот щедрый вид на задницу своей матери.
Второкурсник университета хотел, чтобы его мать обернулась и застала его, за мастурбацией своего обнаженного возбужденного члена. Тогда ей никогда не пришлось бы задаваться вопросом, что она с сыном сделала. Как сильно он хотел, чтобы она увидела, что он теперь мужчина с большим, полностью возбужденным мужским членом, который может, по-настоящему оценить, какой женщиной она была. Впервые в жизни Сергей представил, каково это — закачивать большую, отчаянную порцию спермы в сочное тело своей матери. Эта мысль чуть не заставила его брызнуть спермой на калитку.
Ему пришлось заставить себя остановиться, прежде чем мама обернулась и поймала своего сына, дрочащего свой член, при виде ее красиво обнаженной задницы. Как бы Сергей ни хотел, чтобы его мать увидела его, она, вероятно, испугалась бы и больше, никогда не смотрела бы на него так, как раньше. Он натянул джинсы на возбужденный член. Неохотно оставив позади потрясающий вид матери, он понес рюкзак в дом, в свою комнату, которая была почти точно такой же, как он ее оставил уезжая на учебу в Санкт-Петербург.
Сергей бросил свой рюкзак на пол и не удержался, чтобы не подойти к окну, где он мог видеть, как его мать все еще работает во дворе. Вид был не таким хорошим, как с задней части двора, от калитки, но он предлагал немного больше уединения. Тем не менее, он все еще не был совсем невидимым. Поэтому он посмотрел на свою мать, еще некоторое время, затем снял одежду и пошел в летний душ во дворе, со своим твердым как камень членом.
Лучшей идеей казалось освежиться в летнем душе и в то же время выдохнуть, чтобы отвлечься, от безумно сочного тела матери. Он не мог поприветствовать ее впервые за семь месяцев с видимым возбуждением. Вероятно, она не стала бы разговаривать с ним в течение многих лет, после чего-то подобного.
Когда Сергей вошел в душ и начал умываться, первое, что он сделал, это намылил свой ноющий член. Он продолжал думать, об этом образе своей матери, стоящей на четвереньках с ее задницей и влагалищем, висящими на открытом воздухе. Если уж на то пошло, он задавался
На джипе по бездорожью