осознания: ещё на день ближе к субботе. Страх и возбуждение сплетались в один клубок, заставляя сердце биться чаще при каждом напоминании.
В понедельник, в день рождения Михаила Петровича, он взял её трижды — перед уроками, между ними и после. В кабинете, в туалете, почти на виду у всех. Она все так же ходила по школе без белья, чувствуя, как сперма медленно стекает по внутренней стороне бёдер, а напряжённые соски трутся о ткань блузки. Так же их едва не застала уборщица, но повезло, а Михаил Петрович лишь усмехнулся, не прекращая движений.
Остальные дни прошли в тревожной монотонности. Катя выполняла его приказы молча: носила вибратор или анальную пробку, приходила по первому звонку, хотя он стал осторожнее видимо боялся что кто-то из увидит. Он не угрожал, не требовал большего — лишь напоминал о субботе короткими сообщениями. Она не знала, что её ждёт. Только одно было понятно.
"В субботу её точно трахнут и не раз"
И это заставляло её тело сжиматься в сладком предвкушении, а так же страхе что она не знает кто это, и как это будет.
Субботнее утро началось с короткого сообщения: "Подготовься как следует." Эти три слова заставили Катю замереть на секунду, прежде чем она глубоко вдохнула и принялась за приготовления. Она знала, что сегодняшний день будет особенным - в хорошем или плохом смысле, она ещё не решила.
После завтрака она спокойно сообщила маме, что вечером за ней заедет подруга Лена, и они вместе поедут на её дачу. "Вернёмся только завтра, " - добавила Катя, стараясь, чтобы голос звучал максимально естественно. Мама лишь кивнула, слишком занятая приготовлением обеда, чтобы задавать лишние вопросы.
В 14:00 начался тщательный процесс подготовки. Сначала - долгий душ, где Катя с особой тщательностью вымыла каждую складку своего тела. Пена скользила по её коже очищая её. Затем она взяла бритву - плавные, выверенные движения, оставляющие кожу идеально гладкой. Ни одного лишнего волоска, ни малейшего изъяна.
Особое внимание она уделила интимной подготовке. Была сделана клизма- она не хотела никаких неожиданностей, никаких непредвиденных ситуаций. Капля пота скатилась по виску, когда она завершала эту неприятную, но необходимую процедуру.
Выбор одежды был продуман до мелочей: простая чёрная футболка, облегающая фигуру, но не вызывающе откровенная; джинсовые шорты, достаточно короткие, чтобы подчеркнуть ноги, но не настолько, чтобы привлекать излишнее внимание; лёгкие кеды на низком ходу. И - никакого белья, как и приказывал Михаил Петрович.
В 15:50, сделав последний глубокий вдох перед зеркалом, Катя вышла во двор. Яркое солнце слепило глаза заставляя щуриться. Ровно в 16:00, как по расписанию, к подъезду знакомая машина. Окно со стороны пассажира плавно опустилось, и Катя услышала всего одно слово:
"Садись."
Голос Михаила Петровича звучал спокойно, даже буднично, но в его интонации не было места для возражений. Катя взялась за ручку двери открыла машину и села спереди и машина тронулась.
Машина мягко покачивалась на неровной дороге, когда Катя наконец нарушила молчание:
— Михаил Петрович... — её голос дрогнул, — можно я спрошу про сегодня? Что меня ожидает?
Он не сразу ответил, сосредоточенно глядя на дорогу:
— Будет вечеринка. А тебя я представлю как свою шлюшку. — Пауза. — Можешь не волноваться, всё организовано.
Катя сглотнула, чувствуя, как холодеют пальцы:
— А... а если. .. — она замялась, — ну в общем если обо мне кто-то узнает и расскажет знакомым, вы ведь обещали тайну.
— Ах да, Вот для этого, — он достал из бардачка сложенный лист, — почитай, заполни и подпиши.
Она развернула бумагу, глаза пробежали по строчкам:
— Это... Добровольное согласие на то что будет происходить? — нервно спросила она
Семейный отдых.