как перезрелый персик. Аделаида улыбалась демонической ухмылкой, жутко напоминавшей Ченси Надю, и наклонилась к паху сестры.
Аделаида никогда раньше не делала такого с Ченси, поэтому та не верила в происходящее — пока язык сестры не коснулся её влажных губ, а затем не проник внутрь.
"А-а-а-Аделаида! Ост... СТОП!" — закричала Ченси, всё её тело внезапно затряслось от уровня сексуального напряжения, который её слабый разум ещё не мог осознать. Ченси видела тяжёлые раны на поле боя, воинов, теряющих конечности или пронзённых копьями, но в первые ужасные мгновения они не чувствовали боли, даже глядя на оторванную руку. Сейчас Ченси чувствовала то же самое. Она видела, как Аделаида разрывает её на части, но ещё не ощущала боли.
Затем кончик языка Аделаиды нашёл набухшую точку G Ченси, и боль накрыла её.
"АААААРГХ!!!" — закричала Ченси, её спина выгнулась так, что казалось, будто позвоночник вот-вот сломается. Грудь подпрыгнула, глаза закатились, а язык вывалился изо рта, будто пытаясь сбежать. Она кончила на лицо Аделаиды солёным фонтаном, но та не ослабила хватку. Она сосала, лизала и даже слегка кусала, глотая соки сестры. Даже без своей подавляющей сексуальной энергии Аделаида вылизывала Ченси так сильно, что могла отправить её в сон. С этой силой она отправила её в кому.
Спустя долгие минуты Аделаида оторвалась, выплюнула последний глоток на бессознательное лицо Ченси и закончила собирать вещи. Ченси не переставала кончать, её тело дёргалось в спазмах, как умирающее животное, киска периодически извергала новые струи. Так она пробудет несколько часов, решила Аделаида, хихикая при мысли о долгом восстановлении сестры.
"Мы справимся сами", — прошептала она своему молоту, гладя бирюзовый камень. "Вместе мы победим Надю Мешан и сломаем её."
В шумном портовом городе Сейлорсбэй, куда стекались моряки со всего Тёплого моря, была неприметная таверна под названием "Похотливая тень". Её эротическая вывеска изображала пышную женщину на коленях с задранной попой, но даже её не было видно с главных улиц. Таверна пряталась в переулке внутри другого переулка, а чтобы пройти внутрь, нужно было знать пароль, который могли подсказать только местные шлюхи, если захотят.
"Похотливая тень" была тёмным, уютным и тихим убежищем для клиентов, искавших самые деликатные услуги. Здесь развращённые дворяне с изощрёнными вкусами находили удовлетворение. Жадные мужчины могли нанять воров, бесшумных, как масляная тень. Даже убийцы здесь бывали, и хотя их услуги стоили дороже всего, они гарантировали, что у кого-то случится "несчастный случай" в нужное время.
Ракель работала здесь официанткой и "развлекательницей" уже достаточно долго, чтобы отличать завсегдатаев от новичков, умелых шлюх от неуклюжих и понимать, какие хвастуны, клеящиеся к ней, действительно стоят её внимания. Конечно, ей пришлось переспать с каждым, чтобы это выяснить, но теперь она знала, кто из них перекачанный алхимическими зельями мальчишка с преждевременной эякуляцией, а кто — настоящий жеребец, способный пригвоздить её киску к стене и выебать до потери пульса.
Сегодня Ракель была немного возбуждена — если под "немного" понимать "очень", и её тело это демонстрировало. Она была симпатичной девушкой: невысокой, но с пропорциональной фигурой, с блестящей загорелой кожей и короткими каштановыми волосами. Она работала с тех пор, как научилась ходить, поэтому мышцы её ног и корпуса были подтянутыми, но не перекачанными. Зато перекачанными были её груди — две крупные, упругие сферы, подпрыгивавшие при каждом шаге. Ракель обожала свои сиськи и носила только тесные корсеты, демонстрирующие хотя бы половину её великолепного декольте. Её попа тоже была чем-то — небольшая, но круглая и упругая, с гладкими, но сильными мышцами, способными расколоть орех.
Но если у Ракель и была любимая часть тела, то это губы.
Наташа. Командир.