груди и тянула пальцами соски. Иногда, девчонка сжимала их до боли и выгибалась идеальной талией.
Зад Алёны был чуть больше нормального и белые, ухоженные ягодицы негромко хлопали друг о друга и о кровать, когда тело девчонки подбрасывало от удовольствия.
Любуясь её великолепным телом, Паша ощущал, что снова заводится до предела. Провал плоского живота Синицкой, её обнаженные среди бела дня груди и красное от румянца лицо, просто сводили парня с ума.
— Алён... - шепнул он, в промежность стонущей девчонки. – Давай потрахаемся, а? – с мольбой попросил парень. – Всего три месяца до свадьбы осталось, никто ведь не узнает?
Как и всегда, в ответ на эту просьбу, Синицкая тяжело вздохнула. Она не остыла, но замерла, глядя в потолок над собой.
Увидев, что настроение девчонки стремительно портится, Паша начал лизать с двойным усердием. Посопротивлявшись несколько секунд, Алёна застонала под ним снова.
Возбуждение парня опять достигло предела, и он поднял мокрое от слюней и вагинальных соков лицо.
Встав на руках, Паша прополз вперед и накрыл собой жаркое, стройное тело рыжей красавицы. Алёна смотрела на него по-детски влюбленно и предано. Взгляд её больших, влажных глаз, был больше похож на взгляд персонажа из мультиков, чем на женский.
— Пашенька, ну не надо, - шепотом алых губ попросила она. – Ну потерпи, милый. Немного ждать осталось.
Вместо того, чтобы как обычно психануть, или отступить, взяв себя в руки, Паша прикоснулся членом к скользкой и влажной вагине девчонки. Это было приятно обоим, взгляд Алёны помутнел от ощущения тяжелого, твердого ствола, который плашмя лёг на её возбужденную вульву. Мощная вена под членом пульсировала, сладко надавливая на мокрый и распухший клитор девственной девчонки.
Мечты о том, как этот стояк упрется в вагину мощной головкой, порвет преграду и утонет в соках живота, просто сводили Алёну с ума.
В такие моменты, здравый смысл покидал рыжую девчонку напрочь.
Ей хотелось самой двинуть бедрами и надеть разгоряченный лобок на этот член, сверху. Исполнить наконец свои фантазии и принять в себя любимого парня, подарив ему наслаждение, о котором он и она так мечтали.
— Не надо, Паш, - прошептала перевозбужденная Алёна под парнем, который давил членом всё сильнее. – Врачиха увидит, будут вопросы. Потерпи, прошу тебя... - вместе с горячим дыханием, умоляли пухлые губы девчонки.
Вагина сжалась в новом, опьяняющем спазме и Алёна простонала в лицо парня.
Желание надеть себя на стояк было просто невыносимым, но Синицкая, как спортсменка, была слишком волевой, чтобы допустить слабость.
С трудом сдерживая свои бедра, чтобы не двинуть ими вперед, Паша наклонился и поцеловал девчонку в шею. Алёна выгнулась под ним, застонала снова и гениталии подростков прижались друг к другу ещё теснее.
Ещё никогда до этого момента их игры не были настолько волнительными, возбуждающими и опасными.
Алёна чувствовала, как упругий, толстый стояк скользит между половин её разгоряченной мокрой щели. Паша сходил с ума, разминая своим членом горячую девичью промежность.
Они терлись о друг друга с отчаянием и наслаждением.
Парень покрывал поцелуями шею Синицкой, отправляя по её телу волны мурашек, Алёна благодарно стонала и выгибалась, поглаживая Пашу по спине. Обвивая его ногами, девчонка посмотрела в дальний верхний угол комнаты, в сотый раз подумав о том, что паучка засевшего там, давно пора убрать...
_________________
Егор Рудаков. В то же время.
********************
За восемь километров от квартиры Синицких, на трансляцию с установленной в верхнем углу комнаты Алёны камеры, смотрел Рудаков.
Руками Егор держал увесистую задницу шлюхи стоявшей перед ним раком на полу. Сам спортрук сидел на краю дивана перед экраном, шлюха трахала его собой, как обычная дырка, а не человек.
Откровение старого педика