не хотела просто смотреть. Я тоже хотела ощущать. Хотела, чтобы пальцы вцепились в мои бока, чтобы меня раздвинули, взяли. Хотела этих влажных, хлёстких звуков, от которых стонешь даже без прикосновений.
Она подползла ближе и, словно кошка, ткнулась носиком в его шею. Он обнял её, стянул футболку, и она — его. Её соски задрожали от воздуха и его кожи, и она прижалась теснее, вставая на колени. Между ног уже стало влажно. Я чувствовала, как всё там пульсирует, требует, зовёт. И при этом она всё ещё смотрела, как он продолжает трахать Алису. Её стоны, резкие и глубокие, вызывали внутри Кристины невольную дрожь.
Они с Вадимом обменялись поцелуями — сначала осторожно, потом всё более жадно. Губы цеплялись, тянули, слегка покусывали. Язык скользил, требуя большего. Я бы отдалась ему прямо в этом вертикальном поцелуе. Без слов. Без колебаний.
Но Алиса замурлыкала — и они с улыбкой отступили. Кристина легко легла на спину, поджала руки к груди, потянула коленки, выставила себя как подарок. Шортики с неё слетели, и теперь она лежала полностью обнажённая, с кистями, сложенными под грудью, раздвинув колени — вся открытая.
И он не забыл о ней.
Пока он продолжал двигаться в Алисе, его рука скользнула к её киске. Один мягкий, едва заметный мазок по чувствительному клитору — и Кристина дёрнулась, перехватила его запястье и прижала к себе. Не отпущу. Не хочу просто смотреть.
Его пальцы двигались так, будто он давно знал, как она устроена. Они скользили, прощупывали, играли с ней. Он вошёл двумя пальцами — медленно, точно. Как будто знал, что я уже готова. Что мне нужно именно так.
Кристина выгнулась, зажмурилась. Грудь трепетала. Дыхание рвалось наружу, бедра вздрагивали. Я вся хотела. Я вся текла. Мозг плыл, а живот сжимался в предвкушении.
Если бы он вышел из Алисы и вошёл в меня прямо сейчас, я бы растеклась под ним, даже не прося. Просто слилась бы. Вся. Горячая, мокрая, готовая.
Но пока — только пальцы. Только — но так хорошо, что хотелось вскрикнуть. Он двигал ими точно, медленно, надавливая на нужные точки. Она постанывала, не сдерживаясь. Я была его. Даже если он был сейчас в ней — я тоже чувствовала.
Её ладонь скользила от пупка вниз, помогая себе. Тело уже не слушалось. Алиса тем временем теряла контроль — голос её был охрипшим, движение бедер всё быстрее, всё глубже. И Кристина чувствовала это почти как своё. Они всегда были связаны. Всегда.
Я хочу, чтобы он трахал меня так же. Чтобы мои бедра тоже били в его. Чтобы я кричала от глубины. Хочу быть такой же нужной. Такой же влажной. Такой же его.
Кристина не просто смотрела. Она жила этим. Дышала этим. Мечтала об этом. И чувствовала, что её очередь — вот-вот.
Кристина не отрываясь смотрела на Алису.
Та уже давно была на грани, и теперь — наконец — её тело затрепетало. Алиса выгнулась, пальцы судорожно вцепились в простынь, губы открылись в беззвучном крике. Всё внутри у неё сжалось, а потом, будто распустилось — горячая волна оргазма прокатилась по ней, оставив тело дрожащим и расслабленным. Её соски были напряжены, живот подрагивал, лицо стало до болезненного прекрасным — отпущенным, беззащитным, каким оно бывает только в кульминации.
Кристина смотрела, затаив дыхание. Её грудь поднялась — вместе с восторгом, вместе с гордостью. Она знала, как Алиса этого ждала. И как это важно — быть увиденной такой. Слабой, обнажённой до самой сути, и всё равно любимой.
Алиса, словно обессилев, соскользнула с Вадима, её бёдра слегка подрагивали. Её киска была приоткрыта, влажная, блестящая, пульсирующая от недавней
Дневник гея. 2. Первый раз, пассивный опыт. Часть 1.